Я-то думал, что веду эту партию, а сам из короля оказался пешкой! А больше им ничего от меня не надо? Не был я никогда пешкой и теперь не буду!
У подъезда меня ждала та самая «четверка», как выяснилось — действительно ментов. Сами менты — участковый и опер — вышли из машины и растерянно чесали лбы. Просрали засаду мужики… ну а если бы они их и поймали, то только лишь для того, чтобы выпустить эту бандитскую падаль на следующий день.
Завидев меня, опер и участковый бросились наперерез.
— Ты видел их? — спросили они с ходу, сразу вскрывая карты.
Я медленно покачал головой — ничего я не видел. И пошел дальше, держа пакет.
— Вован, не дури! — попытался окликнуть меня участковый, который, кажется, все понял.
Но я зашел в общагу, не оборачиваясь.
Эти двое, наверняка все понимая, были лишь пешками в большой чужой игре. Точно как я, мои друзья и Ангелина… Я вдруг понял, что ее паспорта и билета среди документов не было. А потом вспомнились слова авторитета про Гелю и ее отца. Я задумчиво зажевал губу, взбежал по лестнице. На вахте схватил телефон и набрал номер Гели, который знал на память. Но трубку никто не взял.
Я поехал к ней и долго звонил в закрытую дверь. Дальнейший вечер помню смутно, потому что почти залпом выпил бутылку водки, купленную в ларьке. Думал, она меня отключит, но не вышло.
В полубессознательном состоянии я сидел у дверей квартиры Гели и размышлял. Мне предлагали устранить конкурентов. На том листке из конверта помимо схемы зала значились дата и время, когда должна состояться встреча… Внезапно я осознал, что после того, как дело будет сделано, нас не отпустят — все эти билеты и паспорта сделаны для того, чтобы мы решились на вылазку. А потом нас расстреляют по пути в аэропорт и выкинут в ближайшую лесополосу.
В голове вертелось: «как же ты подставил меня, брат». Да уж! Оказавшись в 90-х снова, я попытался жить по совести, только не вышло ни хрена. Части общества это было попросту не нужно. Что ж… кто я такой, чтобы с этим обществом спорить? Теперь у меня на руках было место, где собирался весь этот общественный клоповник, терроризирующий страну. Чего у меня больше точно не было, так это сомнений и жалости.
* * *
Я решил: если уж я втравил Илюху с Петькой в эту историю, значит, и расхлебывать всю кашу буду сам, без них. Так будет честнее. Поэтому на место бандитского «заседания» я поехал один. Взял с собой предоставленный мне арсенал — и, оставив основную его часть в машине за углом от ресторана, взял с собой только автомат и ствол.
Бандиты постарались подготовить меня основательно, и с их планом у меня не возникло никаких проблем с проникновением в здание — даже при условии, что оно было закрыто для посетителей.






