Однако привала так и не случилось — поначалу все казалось, что останавливаться рано, а потом уже вроде и до Каушты осталось немного. После полудня они въехали в широко распахнутые ворота, встречаемые Картышевым, распаренной, видно только что отошедшей от печи пышнотелой Зинаидой и отцом Никодимом. Зализа легко спрыгнул на землю, придержал рукой саблю. Росин последовал его примеру, уже открыв рот, чтобы рассказать о своих впечатлениях после верховой прогулки и… замер, широко раздвинув ноги и раскрыв рот. У него было такое ощущение, словно он сидит на шпагате на раскаленной плите — причем широко раздвинутые ноги свести не удается никакой силой. Вдобавок между ног бегают маленькие, колючие мурашки, оставляя за собой длинный искристый след. — Костя, ты чего? — забеспокоился Картышев. Руководитель клуба вскинул ладонь, предупреждая попытки помочь, а потом на широко расставленных ногах поковылял к дому. Опричник, пряча в кудрявой бороде усмешку, отпустил коням подпруги, затем, перекрестившись, подошел к иеромонаху, поцеловав ему руку, и снова вернулся к лошадям, протирая им шкуры соломенным жгутом. Странным своим поселенцам ухаживать за драгоценными туркестанскими жеребцами он не доверял. Убедившись, что встречавшие боярина иноземцы ушли в дом, на время забыв о государевом человеке, повернулся к священнику: — Как паства твоя, отче? — Прихожане мои православными себя чтут и обряды положенные вершат со всем старанием, но веру православную понимают плохо, — огладил тяжелый крест иеромонах. — Души их страдают в метаниях, и жаждут слова Божия, но принять его с искренностью ноне еще не способны. Более склонны они к радости и праздникам, как языческим, так христианским, а то и к веселью без повода. — Хорошо ли это, отец Никодим, для христианина, жизнь в веселье и праздности проводить? — Я не пресекаю, сын мой, — перекрестился священник. — Все мы созданы по образу и подобию Господа. А Бог, по мысли моей, несчастным существом быть не мог. Стало быть, и дети его обязаны жить счастливыми, а не в муках и грусти дни свои проводить. Что до праздности, то день свой прихожане посвящают трудам, и помыслов о благополучии рубежей отчих так же не оставляют. — Да, рубежи, — покачал головой Зализа, оглаживая морду коню с большим белым пятном между глаз. Сажая нежданных воинов на пожалованную государем землю, опричник в немалой степени рассчитывал на то, что они так же начнут выходить в засеку, приглядывать за устьем Невы и побережьем Невской губы. Однако иноземцы не спешили обзаводиться конями, а без коней — какой же боярин? Ни в дозор, ни в поход, ни в ополчение его не поднять. На Руси для таких даже слово отдельное придумано: пешеходцы. Не люди, значит, а те, кто пешком ходит.

Об этой истории
Им нужна была лишь ролевая игра — воспроизвести знаменитое сражение из глубины веков. Но всё пошло не так. Прошлое догнало их само и сделалось явью. Людей из XXI века закрутило в водовороте эпох и швырнуло в кровавое время Ивана Грозного. В годы, когда свирепствовала опричнина и шли войны с Ливонским орденом. Тут без умения драться нельзя. Тут выживание — наука. Череп епископа Александр Прозоров Им нужна была лишь ролевая игра — воспроизвести знаменитое сражение из глубины веков. Но всё пошло не так. Прошлое догнало их само и сделалось явью. Людей из XXI века закрутило в водовороте эпох и швырнуло в кровавое время Ивана Грозного. В годы, когда свирепствовала опричнина и шли войны с Ливонским орденом. Тут без умения драться нельзя. Тут выживание — наука. ==================== Часть первая Золото Часть первая Золото Утро Солнце еще только собиралось выглянуть на остывшее за ночь небо, когда на поляну, укрытую густыми белесыми клубами тумана, выбрался из кустарника бородатый мужчина, одетый в плотно облегающие ноги темно-серые шерстяные штаны, больше похожие на чулки, и козью душегрейку. С пояса его свисало несколько тонких ремешков, голенища коротких остроносых поршней плотно притягивала к голени тонкая бечева. За спиной, спрятанный от посторонних глаз, таился широкий острый нож, а за пазухой истекал последними каплями еще теплый заяц, попавшийся в спрятанные в зарослях силки. Длинноухий не то чтобы большой, гривенок на пять — но он давал возможность и детишкам малым хоть раз мя





