Так что вмешивайся, если сочтешь нужным.
— Вот и ладненько, — растерянно сказал я. — А как убивают мертвых Магистров? До сих пор я знал только один способ: твою знаменитую левую руку. Отличная вещь! Но, как я понял, нам это не светит?
— Нет. И думать забудь. Если бы речь шла о любом другом существе… Но моя перчатка когда-то была рукой Кибы, так что в этом деле она нам не помощник… Я могу еще кое-что, возможно, этого будет достаточно. А вообще-то, у каждого свой наилучший способ убить Великого Магистра, живого или мертвого. У тебя как раз появился шанс выяснить, каков твой собственный способ. — Лонли-Локли задумчиво умолк. Я не стал докучать ему разговорами. Только моих проблем бедняге не хватало!
Между тем мы все шли по улицам Кеттари. Я наслаждался, как еще никогда не наслаждался прогулкой: приятный зуд в оторвавшихся от земли ступнях с каждым шагом отзывался во всем теле.
— А почему я летаю, Шурф? С тобой когда-нибудь случалось что-то подобное?
— Да. После того, как я осушил все аквариумы Ордена, я несколько лет не прикасался к земле. Это происходит от переизбытка силы и неумения ее правильно использовать… Впрочем, с тобой это стряслось после удивительно маленькой порции, поэтому твой случай может отличаться от моего… Должен заметить, что Киба Аццах очень близко, еще немного, и мне придется снять перчатку: она жжет мою руку.
— Ничего себе! — сочувственно сказал я. И снова заткнулся: что уж тут говорить, когда такое творится!
— Все, Макс, — тихо сказал Шурф, — я снимаю перчатку. Теперь мне придется отдать ее тебе. Вместе с защитной, разумеется. Ты — никто в этом старом споре, так что вполне сможешь ее удержать…
— Может быть, мне стоит ее уменьшить и спрятать? Ну, этот мой любимый фокус… Это не опасно?
— Да, конечно, так и сделай. Возьми ее и иди за мной… — отрешенно кивнул Шурф.
Опасная перчатка тем временем послушно поместилась между большим и указательным пальцами моей левой руки, уж чему я действительно успел научиться, так это самому практичному на свете способу транспортировки громоздких физических тел.
— В любом случае постарайся остаться живым, — вдруг сказал Лонли-Локли. — Смерть — омерзительная штука, если имеешь дело с Кибой, уж я-то знаю!
— У меня длинная линия жизни, — с надеждой сказал я, украдкой покосившись на свою правую ладонь, — а у тебя?
— Не понимаю, о чем ты говоришь… Потом, Макс. Он находится вон в том доме, так что идем!
Дом, на который указал Лонли-Локли, был маленьким двухэтажным строением с вывеской «Старый приют» на фасаде.
— Гостиница? — удивленно спросил я. — Общежитие для мертвых Магистров, комната и стол за умеренную плату?
— Думаю, перед нами действительно что-то вроде гостиницы… Ты всерьез полагаешь, что это важно?
— Да нет, просто забавно… Мертвец живет в гостинице.






