ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Из тьмы поднялись демоны, и ночь обагрилась кровью. Конфликт набирает силу. Героям, чей путь был долгим и трудным, предстоит выбрать сторону и понять, какую цену они заплатят, чтобы изменить наследие эпохи Шестерых. Цветок яблони Алексей Юрьевич Пехов Из тьмы поднялись демоны, и ночь обагрилась кровью. Конфликт набирает силу. Героям, чей путь был долгим и трудным, предстоит выбрать сторону и понять, какую цену они заплатят, чтобы изменить наследие эпохи Шестерых. ==================== Глава 1. Лучшее, что у меня было... Глава 1. Лучшее, что у меня было... Эта война, мой друг, куда сложнее, чем кажется. Если ты полагаешь, что это дела волшебников, которые не коснутся нас с тобой, простых людей, ты жестоко ошибаешься. Она не останется в границах Талориса, выйдет за пределы школы через несколько дней и поглотит весь мир. Вспоминай его. Прежним он больше не будет. Никогда. Письмо главы ордена таувинов, отправленное единому королю. 5-й день войны Гнева Ночь длилась бесконечно. Непроглядная, густая, тягучая и по-летнему душная, она вонючим грифом-падальщиком опустилась на Риону, поправ, пируя и втягивая в себя запах смерти. Казалось, что её власть будет вечной, но спустя, возможно, годы она начала распадаться на клочки. Деформироваться, таять, истончаться, терять плоть, точно труп, лежащий в степи, терзаемый солнцем, ветром, дождем, насекомыми, зверьем и птицами. Исчезала неохотно, цеплялась когтистыми лапами за дома, пыталась содрать с них черепицу, проникнуть внутрь, лишь бы спрят

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Лавиани задвинула засов, лишь на мгновение отвлекшись от карифки.

Та уже стояла на коленях, натягивая тетиву лука, который до этого скрывался под откинутым теперь одеялом. Стрела с широким зазубренным наконечником смотрела в живот сойке. Она знала, что легко избежит ее, но все равно где-то в кишках неприятно засвербело.

— Ловко, — оценила Лавиани. — Каков следующий ход?

Та хищно, словно маленькая змейка, провела розовым язычком по губам и опустила лук.

— Зависит от твоих целей. Ты пришла от нее или по собственному желанию?

— Руководствуясь предчувствием. — Сойка не стала подходить близко, чтобы не провоцировать лучницу. Нет. Лука она не боялась, но, если все завертится, придется причинить карифке какой-то вред. Поднимется шум, в дверь начнут ломиться, и все выйдет из-под контроля. — Нет. Шерон не посылала меня, герцогиня.

— Так ты знаешь, кто я. — Женщина удовлетворенно кивнула. — А я вот не знаю, кто ты. Кто может так легко справиться с дэво в одиночку?

— Ну, признаться, мне помогла уина. — Лавиани гордилась своей врожденной честностью. — Да и так ли это важно?

— Ко мне лучше обращаться «ваша светлость». Или госпожа Ясмин.

Сойка насмешливо цокнула языком:

— Зачем ваша светлость госпожа Ясмин прибыла в столь опасное место? Как муж вашей светлости госпожи Ясмин отпустил вас в такую даль? Ваша светлость госпожа Ясмин планирует причинить вред моей компаньонке? Если так, то хочу предупредить вашу светлость госпожу Ясмин, что мне очень не нравится такая цель, и спешу посоветовать вашей светлости госпоже Ясмин лучше уплыть из Рионы. Город сейчас небезопасен даже для тех, кто прибыл на большом корабле вместе с верными гвардейцами мужа, если ваша светлость госпожа Ясмин позволит мне сказать такую дерзость.

Герцогиня показательно поморщилась, словно оттого, что у нее заломило в висках:

— Для друзей я Яс. Буду считать тебя другом на этот час. А как зовут тебя?

— Седовласая сука. К чему тебе мое имя, Яс? Через час, возможно, мы перестанем быть друзьями, и лучше тогда нам забыть друг о друге.

Та, чуть подумав, положила лук на кровать, показала раскрытые ладони, потянулась гибко, точно кошка:

— Мир, Седовласая сука. Вероятно, Шестеро услышали мои молитвы и послали тебя для решения проблем.

— Всегда радуюсь, когда они поручают мне исполнять их волю. Тир и вправду не собирается звать на помощь?

— Не в правилах моих слуг нарушать приказы. Окажу тебе любезность, подруга Шерон из Нимада. И отвечу на дерзкие вопросы, что ты задала. Мир, как видишь, горит, и мы не справляемся с пожаром. Мой благословенный супруг считает, что у нас не получится отсидеться и переждать войну. Что ни море, ни Феннефат, Великая пустыня, ставшая нашим домом, не остановят Эрека, или Эрего, как он теперь себя называет, да Монтага и ту силу, что стоит за ним.