ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Акренор — королевство на границе обжитого мира, отрезанное от соседей и зажатое врагами. Отряд, собранный наследным принцем, оказывается в гуще событий, от которых зависят судьба страны и жизни людей. Здесь честь — не пустой звук. Здесь война — привычное дело, а мир — лишь несбыточная мечта. Девятая крепость Эдуард Катлас Акренор — королевство на границе обжитого мира, отрезанное от соседей и зажатое врагами. Отряд, собранный наследным принцем, оказывается в гуще событий, от которых зависят судьба страны и жизни людей. Здесь честь — не пустой звук. Здесь война — привычное дело, а мир — лишь несбыточная мечта. ==================== Пролог Пролог Стены помнили. Память — это все, что оставалось у обвалившихся руин, зараставших травой. Забвение — для живых, мертвые же стены не забывали. Обваливаясь, проигрывая в битве с травой камень за камнем, они продолжали помнить. Стенам оставили только память, и ничего больше. Память о каждом человеке из тысяч, погребенных под ними. Память о каждом ржавом мече, который лежал под слоем земли. Стены помнили эти мечи молодыми, остро отточенными и смертоносными. Они помнили кровь на этих мечах, помнили, как эти мечи сжимали живые руки. Помнили, как эти же руки, но уже холодные, по-прежнему сжимали оружие, как будто продолжая незримый бой по ту сторону вечности. Помнили, как железо превращалось в ржавчину, а живая плоть — в забытый всеми прах. Стены, снесенные до основания, не грустили о временах, когда они гордо возвышались над лесом, когда вокру

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И при чем здесь, вообще, длительность пути до Клевера? — Если бы караваны доходили до Клевера за три недели, — ответил за Дениса казначей, — то торговля бы оживилась. — Но нам не хватит всей нашей армии, чтобы уничтожить народ леса. В летописях описаны такие попытки. — Король забарабанил пальцами по столу. — Тогда целая армия огнем, мечом и топором пыталась пробиться через лес. — В летописях также сказано, из-за чего началась та война. Из-за недопонимания, если говорить простым языком. — Как это решает наши проблемы? — Все — никак. Но, как я уже сказал, нам пора забыть о том, что можно справиться со всеми проблемами разом. Давайте разрешать их одну за другой. Не пора ли для начала помириться с народом леса? — Хорошо бы. Кто же может быть против мира с соседями? Но что мы им предложим? — Позвольте мне, отец. Я хотел бы этим заняться. А по поводу того, что им предложить, у меня есть пара идей, но думаю, что мы сможем обсудить это отдельно… — Хорошо, тогда все на сегодня. Или у кого-нибудь есть, что еще сказать? — напоследок поинтересовался король. — Отец, с вашего позволения… — На этот раз встал старший сын, Грегор. — За последний год мне пришлось много бывать в разных гарнизонах королевства. В основном на западе и юге. Уважаемый господин военный советник, как вы знаете, часто сопровождал меня в этих путешествиях, так что он сможет подтвердить мои слова… Помимо упомянутой малочисленности наших армий, которая не позволяет нам… не позволяет нам сделать практически ничего, хотелось бы также упомянуть достаточно плохое обеспечение вооружением. Война — это дорогое удовольствие, господа. Чтобы вооружить и содержать одного конного рыцаря, нам приходится немало опустошать казну. Ни один пограничный барон не может себе позволить содержать больше сотни мечей. И смею вас уверить, господа, что я не видел полноценно вооруженных солдат ни у одного барона границы. Но несмотря на то, что все это не может не вызывать серьезного беспокойства, меня волнует также и уровень подготовки наших войск. Даже на границах значительная часть армии — бывшие ополченцы и зеленые новобранцы, едва знающие, с какого конца брать меч. Я бы хотел этим заняться. При незначительных, — принц махнул рукой в сторону казначея, — затратах мы могли бы поднять уровень подготовки наших солдат. Нам пора также задуматься о создании элитных подразделений для проведения сложных операций. Маг — Ваши ученики ждут в библиотеке, высокочтимый. — Паж склонился в глубоком поклоне и упорно не хотел возвращаться в нормальное положение. Мальчишке явно кто-то недавно нашептал, что волшебники могут заколдовывать взглядом, — почти неделю он старался не встречаться глазами с придворным магом. З’Вентус недовольно поморщился и тяжело поднялся с кресла.