Успокойся, — мягко заговорил он, а я…
Ох, богиня, как я обожаю его за предусмотрительность! Особенно после того, как я случайно взорвала нашу спальню в северной башне. И это после восстановления всего замка! Поэтому меня и сослали до родов в западное крыло, где разносить было нечего. Вещей почти нет. Богатого убранства тоже. Что сказать… Настоящее холостяцкое угодье.
Да Тень и Мрак на первом этаже жили богаче, чем я на самой верхней комнате! Так еще эта треклятая лестница — лишний раз не побегаешь. За что меня сюда запихнули?
Я глубоко вдохнула, чувствуя, как меня опять понесло. Если сейчас не соберусь с мыслями, то будет громкий «бам». Поэтому я подумала о кровати, которая была… Уютной в этом месте. Особенно, когда меня обнимал мой муж. А еще, здесь всегда пахло Рензелом, даже когда он куда-нибудь отлучался.
— Вот, умница, — похвалил меня он, стоило пламени перестать расти в моих ладонях. — А теперь его нужно погасить.
— Как? — пискнула я и жалобно на него посмотрела. От страха позабыла все его наставления. — Давай ты его погасишь, а то вдруг…
Пламя опять начало расти, а Рензел взволнованно произнес:
— Цесса, соберись. Я не могу постоянно быть рядом, чтобы решить твои проблемы, поэтому учись это делать сама. Вдохни.
Я вдохнула.
— Глубже.
Вдохнула еще глубже.
— Еще глубже.
— Я не рожаю Рен, чтобы дышать так глубоко!
Ну, вот и все. Вместо того чтобы успокоиться — я разозлилась. Огонь вспыхнул столбом. А раз мой муж не спешил «решать проблемы», в мою умную головушку пришла логичная мысль. Огонь надо гасить водой!
— Эм… Цесса, — напряглись руки Рензела, когда он заметил синие искры вокруг пламени: попытку призвать воду.
— Сейчас-сейчас, Рен, — плотоядно оскалилась я. — Я все решу.
— Цесса, погоди, ты не…
Бам! Случилось! Грохот раздался такой силы, что в загоне, где Лисава каталась на Злате, испуганно заржали лошади. Благо Рензел успел призвать ледяной щит, который заблокировал взрывную волну, и нас не задело. А из каждого угла послышалось: «Опять рвануло?», «Опя-я-ять рвануло!».
Но я же не виновата, что так получилось! Ведь все делала правильно. Хотела погасить водой, а она вдруг начала замерзать и вот… Бабахнуло.
По моим ногам вдруг потекла теплая жидкость.
— Нужно было лишить пламя воздуха, — запоздало произнес Рензел, но, услышав подозрительное журчание, замолчал и следом за мной опустил взгляд на пол.
Муж побледнел:
— Цесса, сильно испугалась? — забеспокоился он, а мне вдруг и смешно, и грустно стало.
Я с упоением заглянула в его льдисто-голубые глаза и, борясь с острым желанием поколотить милосердного короля Лунцелоса, с ужасом произнесла:
— Рен. Кажется, началось.
Муж побледнел еще сильнее.
— Цесса… — выдохнул он, когда я застонала и схватилась за живот. — Боги!..






