ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Продолжение истории. В сказках принцы — мечта любой невесты, но мой случай — исключение. Рензел Тайс, наследник трона, обходительный красавец, лживый подлец и, что важнее всего, вероятный виновник гибели восьми девушек, на которых он женился. Если меня не разорвут два огромных пса, стерегущих западную часть замка, то расправиться со мной решит и сам принц. Но погодите, ваше высочество, я не собираюсь сдаваться! Надежда ещё теплится во мне. Девятая надежда Рона Аск Продолжение истории. В сказках принцы — мечта любой невесты, но мой случай — исключение. Рензел Тайс, наследник трона, обходительный красавец, лживый подлец и, что важнее всего, вероятный виновник гибели восьми девушек, на которых он женился. Если меня не разорвут два огромных пса, стерегущих западную часть замка, то расправиться со мной решит и сам принц. Но погодите, ваше высочество, я не собираюсь сдаваться! Надежда ещё теплится во мне. ==================== Глава 1 Глава 1 Глазам не верь — они обманут. Слова дурманом оплетут. И чувства правды не подскажут. Ты в замке лжи, нет правды тут. Но если слышишь голос сердца, Что бьется только для тебя. Не бойся ты спросить совета, И правда явит вдруг себя. © Отрывок из поэмы «Дан и Анетта» — И почему именно его-о-о… — пробулькала я, глубже погружаясь в теплые воды бассейна по самый нос. Мне хотелось провалиться сквозь землю. Ведь я могла позвать Арона, Лариса или на худой конец герцога Хастора, но почему-то в миг отчаяния, когда почти сорвалась с обрыва, выкрикнула имя п

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я кивнула, припоминая наставления Астарии, что она чуть ли не каждый день вдалбливала в мою голову: во время родов нам сложнее контролировать силу, перенятую от наших детей. Поэтому нужно следить за своим дыханием, чтобы отвлечься, вместе с тем быть готовой ко всему.

У нее, например, в покоях шел снег.

И дождь.

А еще штора загоралась, и Эльену пришлось ее гасить. Раз пять.

Поэтому в наших с Рензелом покоях штор не было, зато были ставни. Прочные — сделанные по заказу Астарии. Только недавно их приладили к окну. Но мы на всякий случай предупредили всех обитателей замка, чтобы они не ходили по улице, когда все начнется. Потому что из-за моих перепадов настроения, Астария боялась, накроет не только комнату, но и все поместье или даже город.

И вот началось… Небо прочертила молния, а с улицы под нарастающий шум ветра донеслись крики мужиков, чинивших крыльцо западной башни после одного из моих случайных взрывов:

— Прячемся, братцы! Наследники идут!

— Наследники идут! — вторили «братцы».

— Ура-а!

— Убью-ю, — простонала я, ненавидя их за то, что им весело, а мне больно.

И опять сверкнула молния.

— Если не успокоишься, то точно убьешь, — лаконично заметила Марька, заглядывая мне под юбку.

А мне так стыдно стало! Что я прихлопнула подол ладонью, а сестра медленно выглянула из-за моих ног и уставилась на меня с укором.

— Марька, — протянула я, съеживаясь от новых схваток. — Сделай что-нибудь! Я… Кажется, я сейчас умру!

— Не мешай мне — и не помрешь. Не в мою смену! — вскинула она палец и опять исчезла за моими ногами, а Рензел прижался лбом к нашим переплетенным ладоням и процедил:

— Надо было позвать Арона.

— Не надо! — простонала я, чувствуя, как на шее раздуваются вены.

Как вдруг дверь приоткрылась, и оттуда донесся взволнованный голос Астарии:

— Ну как там?

— Все под контролем, — спокойно ответила Марька, подкладывая полотенца. — Мне бы еще рабочих рук. И воды, — добавила она, когда вода в тазу вдруг замерзла. — Желательно теплой.

Рензел постучал по льдине пальцем, и та растаяла.

— Спасибо, — поблагодарила Марька и опять меня осмотрела. — Так, Цесса, слушай меня внимательно и делай все, что скажу.

За девять месяцев я с трудом переучила ее называть меня госпожой и обращаться на «ты». Сейчас на душе стало так приятно… Что я даже беспрекословно подчинилась:

— Угу.

— Вот умница, — ласково похвалила Марька и вновь посерьезнела. — А теперь вдохни и… тужься!

Я повиновалась, но боль была такой, что невольно закричала.

— Все хорошо? — заглянула в дверь Астария.

— Да, — успокоила ее Марька.

— Точно, — донесся голос Уфа.

— Да! — на этот раз Марька рявкнула.

Дверь закрылась, а за ней послышался скрежет когтей, скулеж собаки и голос Астарии:

— Нет-нет, Тень. Тебе туда нельзя.

И к скулежу присоединилось возмущенное «гав».