База такой же конфигурации, но некоторые помещения поменяли местами. Окраска стен другая. Запах другой. Еда другая. Пилоты иначе себя ведут, и дело не в том, что мы незнакомы, они как-то по-другому ко всему относятся.
А самое главное — они воюют иначе! Нет никаких яростных схваток, есть долгие перелёты, скрытные установки мин, очень редко — обстрелы ракетами с дальних дистанций.
Если служба у Юпитера — это как игра в регби или хоккей, со стремительными проходами и силовыми схватками, то здесь какой-то унылый кёрлинг. Запустил мину, проследил траекторию, подправил, если что…
Зато и умирают пилоты куда реже. Процентов семьдесят — парни и девушки старше восемнадцати (ну, на самом деле мы все старше двадцати, только тела, в которых мы возрождаемся, — детские). И живут они совершенно иначе. Обычно парами, никто на это косо не смотрит. Ходят в бары, пьют там пиво, а то и чего покрепче (у нас не больше десятка пилотов получило такую привилегию). Тусят с персоналом вовсю. Дружат с морпехами и головастиками, а порой ссорятся и устраивают потасовки… На губе всё время кто-то сидит, но зазорным это не считается. Над теми, кто умер и возродился в дитячестве (здесь их называют «инфантами»), откровенно насмехаются.
Если это взрослая жизнь, то не очень и хотелось.
Датчик присутствия пискнул и завёл свою песню: «Пи-пи, пи-пи-пи, пи-пи, пи-пи-пи». В пространстве поблизости кто-то есть — или ангел, или демон.
— Каппа-один, — немедленно сказал Эрих. — Ищем. Не отвлекаемся.
Датчик сменил тон: «Бом-бом-бом. Бом-бом. Бом-бом-бом».
— Каппа-один, — мрачно произнёс Эрих. — Наблюдаю разрушителя и четырёх повелителей тьмы. Падшие на расстоянии сорок тысяч, сопровождают конвой. Вонючек не фиксирую.
— Каппа-два, — сказал Гиора. — Вонючки — это у вас. У нас — тварики.
— Твариков не наблюдаю, — ледяным тоном подтвердил Эрих. Точнее — хотел бы сказать таким тоном, уверен. Но Эрих в дитячестве, как и все мы, нашим тушкам по двенадцать лет, а ледяным голосом в таком возрасте сможет говорить разве что снеговик.
Так что Эрих пропищал свою фразу тоненьким и ещё не начавшимся ломаться голосом. И он сам это понимал.
— Каппа-два, — продолжал Гиора. — Как мы поступим?
— Передаём информацию на Титан. Следуем прежним курсом, продолжая наблюдение.
— Верно.
Некоторое время мы летели в тишине. Я разглядывал на экране отметки падших, плывущих перед кораблями конвоя. Я знаю, что в этих огромных кораблях — водород из атмосферы Сатурна. Я знаю, куда его везут — к точке вблизи Юпитера, где конвои ангелов и падших, отбросив на время вражду, выливают (да, именно выливают) жидкий водород в вакуум. А там, вопреки нормальным законам физики, газ формирует трехсоткилометровый вращающийся диск.
Зачем?
Спросите что-нибудь полегче.






