ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Их замысел был прост — сыграть в ролевую игру, воспроизвести знаменитое сражение из глубины веков. Но замысел пошёл прахом: прошлое само ворвалось в их жизнь и сделалось настоящим. Круговерть эпох швырнула людей из XXI века в кровавое время правления Ивана Грозного, в жуткую пору опричнины и непрекращающихся войн с Ливонским орденом. Тут нужно уметь драться. Тут нужно учиться выживать… Донос мертвеца Александр Прозоров Их замысел был прост — сыграть в ролевую игру, воспроизвести знаменитое сражение из глубины веков. Но замысел пошёл прахом: прошлое само ворвалось в их жизнь и сделалось настоящим. Круговерть эпох швырнула людей из XXI века в кровавое время правления Ивана Грозного, в жуткую пору опричнины и непрекращающихся войн с Ливонским орденом. Тут нужно уметь драться. Тут нужно учиться выживать… ==================== Часть первая Луга Часть первая Луга Глава 1 Кровь По сторонам широкого и ровного, совершенно белого поля высоко к серому облачному небу поднимались темные вековые ели. На их широких, пахнущих едкой свежей смолой ветвях лежали пухлые сугробы поблескивающего чуть синеватым отливом пушистого снега. Кое-где между стволами пытались подставить инею тоненькие веточки ивовые ростки, но на фоне древних многолетних деревьев они почти совершенно не различались. И всю эту картину зимнего лесного покоя накрывала сонная спокойная тишина. Однако, где-то там, под толстым полуметровым слоем бескрайнего белого покрывала продолжалась жизнь. Тихонько попискивали мыши, подкрепляя

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Что ты ощутишь, вспоминая вот этот самый кусочек буженины? Что ты расскажешь о нем, если духи, так ни разу и не обретшие плоть, станут спрашивать: а каково оно на вкус: то, что тебе когда-то удалось положить на язык? Ну, отвечай! — Оно чуть солоноватое, с кислинкой, — Инга прижала кусочек свинину к небу, слегка потерла языком, пожалуй впервые в жизни пытаясь понять, что попало к ней в рот. — Они не знают, что такое: «солоноватое» и «кислинка», — покачал головой священник. — Оно нежное, чуть бархатистое, — попыталась продолжить объяснение певица. — Словно тает на языке… Вас так интересует еда? — внезапно кольнуло ее легкой обидой. Тоже мне, принц: рядом с ним сидит едва ли не обнаженная девушка, а он рассуждает о вкусе свинины! — Все остальное вас не интересует? Да? Инга встала, прошлась перед столом, покачивая бедрами. Выставленная вперед нога выскользнула между полами плаща, оказавшись обнаженной заметно выше колена. — Вы считаете, что свинной окорок ценнее и красивее? — Нет, — тоже поднялся священник, приближаясь к ней. — Есть очень много куда более прекрасных вещей. Но не научившись ценить малое, разве можно в полной мере познать великое? Взгляни на себя. Твой голос ласкает сердце, как теплый летний ветерок, твои глаза завораживают, как магия полнолуния, твои губы порождают желания, от которых закипает кровь, улыбка чарует, словно рассвет над горным озером, волосы волнуют, словно видения темной ночи, дыхание душисто, словно цветение персикового сада. Но разве можно понять это, не оценив красоту первого весеннего рассвета, не умея восхититься нежным цветком, не наслаждаясь обычным ветерком? Жесты твои легки и грациозны, руки тонки и изящны, а пальцы точены, словно изваяны резцом мастера из слоновой кости. Прекрасны линии твоих плеч, соблазнителен подъем груди, изящна талия, манят к себе движения бедер, покатость живота… Епископ находился рядом, кружил вокруг нее, словно оголодавшая акула, всем своим существом излучая жадное нетерпение. Он находился ближе, чем на расстоянии руки, но не прикасался к ней — а раскрытые ладони порхали на расстоянии считанных сантиметров от ее кожи. Инга ощутила, как по телу растекается горячая волна, словно она опять погрузилась в залитую кипятком ванну, в висках застучало и тело начала охватывать непонятная истома. — Ноги твои стройны и свежи, как первый луч солнца, а каждый шаг разит, словно лезвие меча, оставляя вечный след в душе любого мужчины. Невероятно прекрасен румянец на прохладных бархатных щеках, загадочен взмах ресниц, поворот головы, сколько гордой грации во вскинутом подбородке! Ты воплощаешь в себе все радости мира, смысл жизни, цель существования, ты создана на счастье и на гибель, ибо даже смерть не страшна, если служит платой за твои объятия.