ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Хедин снова среди миров Упорядоченного. Ракот, хозяин Тьмы, бьётся за то, чтобы удержать последний из Источников Магии. Рагнарёк полыхает — схватку, затеянную опорами Третьей Силы, Орлангуром и Демогоргоном, уже не остановить. В великой партии сделан почти последний ход: осталась лишь финальная точка. Станет ли мироздание единым оцепеневшим кристаллом, вспыхнет ли в огне Хаоса, прорывающегося сквозь преграды, — или его ждёт другая участь? Самая огромная эпопея в отечественной фантастике. Серия, которую давно числят классикой русского фэнтези. Один из самых обширных литературных фэндомов на русском языке. Всё это — «Гибель богов» Ника Перумова! Сюжет, начатый более тридцати лет назад, выходит на финишную прямую. Мы увидим, что стало с каждым героем саги — смертным и бессмертным, устояло ли Упорядоченное и кто одержал верх в столкновении космических сил. В день, когда иссякают все дороги, распахиваются все двери и находятся ответы на все вопросы. В день Рагнарёка, подлинной гибели богов.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Оставленный им дар (или проклятье?) продолжал тащить в себя всё столь же сильно, как в своё время и сам Неназываемый, только теперь у Хедина были иные возможности и иные планы.

Огонь, не противясь этой тяге, подтолкнул сущее, оно закружилось, сперва медленно, едва заметно, потом всё быстрее и быстрее, языки Пламени Неуничтожимого окружили сердце тьмы танцующим ореолом; они перекинулись и на саму машину Орла с Драконом, ничего не должно было остаться, пламя расчистит место для нового.

Нет, подумал Познавший.

Он вбирал пламя в себя, всё, без остатка. Вбирал осколки кристалла Дальних.

И, когда не осталось уже ничего — кроме того крохотного островка старого мира, — он выдохнул.

Время сдвинулось с места и вновь пошло.

Разделённое соединялось. Великого Предела не было больше, противоположности столкнулись и сошлись.

Среди океанов мятущегося Хаоса вспыхнула искра, ярчайшая из всех. Увидевшие её бы ослепли; но, к счастью, глядеть было некому.

Пламя Неуничтожимое расталкивало сжавшиеся было барьеры, а он, Хедин, некогда пробивший их собой, укреплял, изменял, чтобы Хаос никогда больше не смог насочиться внутрь…

Прежняя вселенная исчезла, изменилась, пресуществилась в нечто иное.

А Хедин Познавший Тьму оставался. И Сигрлинн оставалась тоже.

И они творили.

Мир будет такой же, как прежде. Или почти такой же. Или совсем не такой. Или где-то такой же, а где-то нет. Неважно. Главное — что он будет. Душа бога коснулась его, обняла, слилась, занимая своё извечное место.

— Теперь мы тут, Си. Навсегда.

— Навсегда, любовь моя.

Душа бога возвращалась на место, а с нею — память.

Ты не подведёшь, сказали хором и мать, и отец, и сёстры с братьями.

Я не подведу, сказал в ответ Хедин. Ибо я есть сила, честь и справедливость.

И я не подведу, сказала Сигрлинн. Ибо я есть любовь, надежда и сострадание.

Пламя Неуничтожимое довершало работу.

А работа их двоих, Хедина Познавшего Тьму и его возлюбленной, только начиналась.

Мягко сияли миры — старые и новые, все вперемешку. Но теперь они двигались в дивном и гармоничном вращении вокруг оставленного Неназываемым седалища, стремились упасть на него — и не могли, не давала набранная ими скорость. Так будет теперь во веки веков; и никакие Дальние, никакие Творцы не смогут этому помешать…

«В самом деле? — мягко сказал откуда-то из сияющего света голос лекаря Фиделиса. — Ты теперь Творец, брат мой Хедин. Ты стал им, даже и не заметив».

Хедин хотел ответить — но почувствовал, что время слов прошло. Остались они с Сигрлинн, навек вдвоём.

Что ж, это хороший конец, подумал он, глядя на бесконечные россыпи миров, ощущая текущие реки свободной магии. Источников больше нет, они не нужны. Немного жаль, — но, быть может, он сумеет придумать историю для героев, которые воссоздадут, к примеру, Урд.