Что еще умею? Стрелять из разного оружия, начиная луком/арбалетом, заканчивая пистолетом и снайперской винтовкой. Хотя, из меня снайпер так себе. Дальше трехсот метров попадания крайне неуверенные, что для настоящих снайперов результат неудовлетворительный. Так я ведь и не готовился к контрснайперской борьбе, а для средневековья триста метров — выше крыши. На ножах драться не умею, мечами не махал. Из единоборств только муай-таем давным-давно занимался, и то потому, что меня затащила туда одна моя бывшая пассия — очень было интересно за ней наблюдать, как она эффектно ногами машет и грудью трясет. Бегом еще занимался: люблю подвигаться. Профессиональным спортом никаким не занимался, хотя в школе боксировал больше трех лет, еще неплохо плаваю. Подытожим: плаваньем и стрельбой в этом мире точно не заработаешь. Уверен, в этом мире есть крутые профессионалы. Аналитику и рекламный бизнес оставим на потом, когда будут понятны расклады в этом мире. Керамику и кубизм отложим на неопределенный срок, как рисковый актив. Остается только массаж. На нем и сконцентрируюсь для врастания в обществе и получения карманных денег.
От всех моих размышлений потянуло в сон, который был наглым образом прерван.
— Ну-с, молодой человек, как себя чувствуете? — энергично спросил меня невысокий мужчина с козлиной бородкой в белом халате и пенсне, зашедший в палату вместе с сопровождающей его молодой строгой женщиной. Если мужчина выглядел как врач, то женщина не была похожа на врача, хотя и была тоже в белом халате. Высокая брюнетка, чересчур красивая с ярким вызывающим макияжем, да еще на красных шпильках. Она могла быть директором этой больницы или секретарем у богатого человека, но точно не врачом.
— Вы кто? — я спросонья прокаркал пересохшим горлом, невежливо ответив вопросом на вопрос. Иногда такие выпады позволяют сразу выстроить правильную линию поведения, выводя из себя собеседников, не привыкших к такому обращению.
— Я — ваш лечащий врач, — успокаивающим тоном сказал мужик. — Меня зовут Генрих Эдуардович. А эту милую сударыню зовут Маргарита Сергеевна Прокофьева. Она из отдела по социальной реабилитации сирот.
Ну вот, будут теперь навязываться с соцзащитой. Контролера мне только не хватало! Хотя она ничего так, красивая. Лет тридцать, высокая грудь, стройные ноги, все как я люблю. Я не прочь, чтобы она взяла надо мной шефство. Интересно, а у неё под юбкой чулки? Тридцатилетние дамочки любят подразнить окружающих мужчин чулками.
— Яромир, я удовлетворил ваше любопытство? — тем временем продолжил врач, — как вы себя чувствуете?
— Ног не чувствую и пить очень хочется, — завел я свою жалобную песню, которая неожиданно дала сбой. Доктор радостно улыбнулся, а соцзащита наоборот нахмурилась.






