ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Богатый россиянин, у которого не было семьи, умирает и оказывается в ином измерении, где работает магия. Его задача — выжить, подняться повыше и получать удовольствие, ведь в прежней жизни он этого был лишён. Там он наконец-то стал волшебником, как и мечтал. Но каким будет его путь к могуществу? Учти: тут есть откровенные сцены, сальные анекдоты и крепкие выражения. Эмерит Titus Богатый россиянин, у которого не было семьи, умирает и оказывается в ином измерении, где работает магия. Его задача — выжить, подняться повыше и получать удовольствие, ведь в прежней жизни он этого был лишён. Там он наконец-то стал волшебником, как и мечтал. Но каким будет его путь к могуществу? Учти: тут есть откровенные сцены, сальные анекдоты и крепкие выражения. ==================== Глава 1. Философская. Глава 1. Философская. Чтоб мудро жизнь прожить, знать надобно не мало, Два важных правила запомни для начала: Ты лучше голодай, чем что попало есть, И лучше будь один, чем вместе с кем попало. Омар Хайям. * * * — Яросла-а-ав, любовь моя, почему ты со мной не здороваешься? — капризно спросила меня подкравшаяся жгучая брюнетка с бокалом шампанского, оторвав от созерцания выступающей за трибуной хозяйки этого вечера. Я оглядел молодую смазливую девицу сверху донизу. Черное облегающее платье с откровенным декольте выгодно подчеркивало все достоинства фигуры, а из слишком высокого разреза снизу кокетливо выглядывала точеная ножка. Судя по отсутствию складок на платье, нижнего белья на прелестнице не бы

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Нет, ты не зайчик, ты — бычок. Делаю быстрый шаг в сторону, подныриваю под рукой и смачно пинаю в зад. Бычок летит кубарем вперед. Подскакиваю, пока он не поднялся, и впечатываю ему каблук ботинка прямо в лоб. С бычками только так. Дашь ему кулаком в лоб, он закатывает глаза и ложится отдохнуть. Кулаки у меня в этом теле откровенно слабы для драки, а ноги, они и в Бутово ноги. Самые сильные мышцы у человека именно на ногах. В общем, бычок тоже в ауте. Минус три. Остался последний, самый опасный.

Вдруг правый бок взрывается болью, меня швыряет вперед на землю. Из горла вырвался только хрип. Сука, что ж так-больно-то? И как он так быстро до меня добрался? Он же был далеко! Переворачиваюсь на бок и вижу, что из меня торчит окровавленная сосулька. Как так? Откуда лед, когда зимы еще нет? Перевожу взгляд, вижу шагах в десяти идущего не спеша ко мне гопника. В окутанных синеватой дымкой руках у него еще по длинной сосульке. Почти не целясь, он небрежно бросает одну сосульку в мою сторону, и меня опять швыряет на землю — ледышка попала прямо в грудь и пробила меня насквозь. Ну что за невезучий день у этого тела?! Сначала повеситься нормально не смогло, а теперь вляпывается во всякое дерьмо! Это ж надо было такому случиться, чтобы в новом мире сразу на мага попасть!

— Тебя как, сразу замочить, или хочешь сначала помучиться? — с гадкой ухмылочкой спросил подошедший гопник, поигрывая сосулькой в руке. Хотя, какой это гопник? Это какой-то гребаный магический йети. Классические гопники трясут мелочь, а не кидаются сосульками.

— Желательно, сначала помучаться, — с трудом прохрипел я.

— Как скажешь, — ответил он и, размахнувшись, пригвоздил меня к земле. Тело пронзило болью, и сознание улетело в спасительное беспамятство.

----------

Глава 3. Клиника.

Глава 3. Клиника.

Медсестра везет по коридору каталку с больным.

— Сестра, может все-таки в реанимацию?

— Доктор сказал в морг, значит в морг.

* * *

— Какой красивенький кобелек, — сказал рядом молодой женский голос, и это было первое, что я услышал, придя в себя. Я лежал с закрытыми глазами, рядом пищало какое-то оборудование, в воздухе витал запах лекарств.

— Да, симпатичный мальчик, — со вздохом ответил другой женский голос, с нотками, присущими женщинам постарше. — Жалко будет, если не выживет.

— Вроде, должен выжить. Только не понятно, сможет ли восстановиться. Слишком сильно пострадал, может остаться на всю жизнь калекой. Жаль будет, совсем молодой.

— Тебе и вдруг жалко? Ленка, сколько через тебя их уже прошло? — насмешливо спросил голос постарше.

— Это неважно. Ты же знаешь. Мне это надо для дела.

— Для дела или для тела? Пошли уже к другому пациенту, деловая, — голоса начали отдаляться, затем хлопнула дверь, и я остался в тишине.

Открыл глаза и осмотрелся.