ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

VI век подходит к концу. Авары бесчинствуют на днепровских землях. Но вот объявляется архонт, владеющий магией, с мощной дружиной — он-то и объединит славян, чтобы те дали сдачи захватчикам. Перед его силой трепещут даже лютые авары, а в Константинополе император не находит себе места. Прекрасно снаряжённые воительницы с острыми ушами несут гибель на лезвиях, и напрасно авары молятся своему жестокому идолу — их сотрут с лица земли, и славяне на 300 лет раньше создадут единое мощное государство. Ярость славян Александр Михайловский, Юлия Маркова VI век подходит к концу. Авары бесчинствуют на днепровских землях. Но вот объявляется архонт, владеющий магией, с мощной дружиной — он-то и объединит славян, чтобы те дали сдачи захватчикам. Перед его силой трепещут даже лютые авары, а в Константинополе император не находит себе места. Прекрасно снаряжённые воительницы с острыми ушами несут гибель на лезвиях, и напрасно авары молятся своему жестокому идолу — их сотрут с лица земли, и славяне на 300 лет раньше создадут единое мощное государство. ==================== Часть 17 Часть 17 5 августа 561 Р. Х. День третий. Утро. остров Хортица (Волчий), в нижнем течении Днепра сразу за порогами. Ставка светлейшего князя антов Идара (Идариса или Идарасия) Услышав недобрые вести, пришедшие из ставки аварского кагана Бояна, светлейший князь Идар согнулся как от удара ногой в живот. Его сыновья, его надежда и будущее, Мезамир и Келагаст, посланные к аварам послами с миссией мира, были вероломно им

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Докажи потом, что ты был свободным купцом, а не родился с клеймом на бедре и с колодкой на шее, как двуногий скот.

Правда, помощник того самого отца Дионисия, по имени Макарий, куда-то пропавший после позавчерашней попойки с воями княжьей дружины, внезапно объявился в самом непотребном виде, причем трезвый как стеклышко. При этом он плел всякую околесицу про то, как прямо возле шатра его похитили лихие поляницы, после чего злая ведьма пытала у него, какой сейчас год от рождества Христова, месяц и день, какой император сидит на троне в Константинополе, да кто в этой славянской земле набольший князь. Глупые вопросы, ответы на которые ведомы даже малому дитю. А потом две чертовки-суккуба, то бишь по-славянски «мавки», вытягивали из этого Макария мужские силы на ложе и тоже задавали вопросы, но только Макарий запамятовал какие.

— Каюсь, отче, — ползал тот на коленях перед отцом Дионисием, — грешен, не устоял перед искушением, целых три раза не устоял.

Ну, с Макарием князю было все понятно — очень хорошо у человека подвешен язык, который может рассказывать разные занимательные истории из жизни набольших константинопольских людей хоть на славянском, хоть на булгарском, хоть на готском языках. Потому и зовут его вои пропустить кубок-другой крепкого меда и послушать, как он рассказывает занимательные враки о премудрой базилиссе Феодоре, великом полководце Велизарии, его верном слуге Прокопии Кесарийском, и не менее великом императоре Юстиниане. Несколько раз князь сам приходил послушать эти байки, сидел, посмеиваясь в усы. Он сам был свидетелем большинства из тех событий и четко знал, где рассказчик говорит правду, где привирает, а где и перевирает…

Так вот, Макарий — известный болтун и лгун, и верить его словам никак нельзя, но ведь это не объясняет, куда он мог деться, отсутствуя почти сутки. Остров не так уж велик, отец Дионисий с утра поднял крик о том, что люди князя похитили и убили его человека, после чего княжьи вои перетряхнули весь остров, заглянули под каждый камень и в каждую мышиную норку только для того, чтобы этот проклятый всеми богами, да и самим Родом, Макарий под вечер объявился сам и рассказал эту дурацкую историю. Теперь его загонят в какой-нибудь медвежий угол, но князя это мало волновало. Своя рубашка и заботы о своем народе были ближе к его телу.

Вот уже несколько дней через брод у Волчьего острова непрерывным потоком шли беженцы-уличи с поселений левого берега, успевшие оставить свои поселки перед приходом авар. По их словам, каган Боян со своими несметными воями был уже совсем близко.