ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Везде сплошные рояли в кустах, сюжетная линия отсутствует, персонажи — картонные и пресные. И так в каждой моей книге, так что предупреждаю сразу. Нет, дальше цикл не смягчится: крови станет больше, расчленёнки тоже, всякой жестокости прибавится, чернуха накроет с головой. Рейтинг: 18+. Или даже выше. Точно выше! И дело не в постельных сценах — дело в жестокости и кровавых подробностях. Инфер-11 Дем Михайлов Везде сплошные рояли в кустах, сюжетная линия отсутствует, персонажи — картонные и пресные. И так в каждой моей книге, так что предупреждаю сразу. Нет, дальше цикл не смягчится: крови станет больше, расчленёнки тоже, всякой жестокости прибавится, чернуха накроет с головой. Рейтинг: 18+. Или даже выше. Точно выше! И дело не в постельных сценах — дело в жестокости и кровавых подробностях. ==================== Глава 1 Глава 1 Инфер-11 Пролог. — Эй, пацан… иди что интересное покажу — иссохший как мертвое дерево старик поманил меня к себе. Я и с места не двинулся — этот урок жизни я уже усвоил — но сильнее вонзил зубы в хрустящий оранжевый овощ, с хрустом пережевывая его вместе с комочками земли. В прошлый он меня точно также позвал, я, радостный тупень, стуча копытами подбежал… и после короткой ожесточенной возни он отобрал у меня раздавленный во время схватки помидор и сам сожрал его. А мне только и осталось что облизывать залитую кислым соком собственную руку… — Да ладно тебе, не отниму… Запив деревянистые куски водой из носика старого чайника, я проигнорировал и второй его

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Который на обочине лежал с ростком из бока торчащим и истекал гнилым соком на молодые корни? Вы про это невезучего бедолагу спрашиваете, сеньор?

— Ага…

— Так доктор Корнелио его освежевал от подбородка и до мохнатых бубенцов! И не только шкуру с груди и пуза снял, а прямо с мясом, а потом и ребра вскрыл, сломал и в стороны их раздвинул! И все это он сотворил прямо на еще живом человеке, сеньор! Правда вколол ему что-то из старого стеклянного шприца, но все одно — смотреть страшно! А посмотреть там было на что, сеньор Оди — крови почти не осталось, жидкого тоже. И все кто смог удержаться и не убежать с блевотным горловым клокотанием увидели что там творится в него внутри… А там… корни, сеньор. Они были повсюду. Не только в требухе, но и в органах. Доктор потом главному торговцу так и сказал, пока молодые парни могилку тело дергающееся сжигали — корни проникли повсюду, опутались вокруг костей и органов, проткнули желудок и кишечник, явно питаясь едой носителя и паразитируя на нем. Я прямо слово в слово запомнил, чтобы потом среди олухов блеснуть красиво.

— И блеснул? — зевнув, я нажал на тормоз и багги встала, дожидаясь, когда гоблины разберутся где-то тут можно проехать колесная техника.

— Блеснул еще как, сеньор! — Цезарио радостно захихикал — А сколько песо я заработал на этой истории про заживо освежеванного! Народ валом валил послушать! О! Там семечка кровавая была! Большая!

— В требухе?

— В ней самой. Лежала себе среди кишок бедолаги и размером была с хорошую канталупу. Доктор сказал, что это бывший шип — которого от сытной жратвы вот так раздуло. А еще… к-хм…

— Еще?

— Еще он добавил, что прежде уже слышал о таком. И семечку эту называют мясной дыней… и продать её можно за очень немаленькие деньги тем, кто понимает в этом толк. Что дыня по слухам очень вкусна даже в сыром виде, а если выдержать ее в тени в сухом местечке пару дней, то вкус становится неописуемым. И что особенно сильно этот… фрукт… опять же только по слухам, сеньор, только по слухам, покупают древние старики. Почему? Да потому что этот фрукт омолаживает их! Сожрал такой мясную канталупку в одну харю и раз — помолодел на десяток лет! Сеньор Корнелио еще что-то там про ультра насыщенность гормонами и питательными веществами говорил, про средоточие самой жизни в этом плоде, что виднелся в склизких кишках того бедолаги… Да уж… да уж… да уж! В страшном мире живем, сеньор! В страшном мире!

Достав пару сигарилл, протянул одну ему, щелкнул зажигалкой, а когда он сделал пару затяжек, спросил:

— Съел бы?

— А? — старик изумленно на меня вытаращился — Не понимаю, сеньор…

— Все ты понимаешь, Цезарио.