Тогда, когда нет и лучика света, у тебя сжимается все внутри. Первобытный страх в груди не дает вырваться из плена паники. Страшно ничего не видеть, страшно, помимо этого, ничего не чувствовать, кроме одинокого сознания в темноте.
Периодически я ощущал рядом сознания, наполненные такой же паникой в мыслях, что и у меня, но они быстро уносились прочь, не останавливаясь рядом со мной. Как я ни пытался их остановить, у меня не получалось. Естественно, у меня ведь нет ни рук, ни ног. Я пытался понять, кто я, но не мог. Я помнил машину, я помнил книги, но я не помнил, как меня зовут и кто я такой.
Не знаю, сколько я провисел в этом пространстве. Я успел остыть, я успел успокоиться. У меня не было тела и головы, мне не нужно было спать и есть, значит, и волноваться не о чем, у меня нет проблем.
Все изменилось в один момент. Рядом проносилось еще одно сознание, но вместо того, чтобы пролететь мимо дальше, как и многие его предшественники, сознание стало замедляться, а потом, словно плывя против течения, поскользило в мою сторону. От сознания не тянуло апатией, от него не тянуло паникой, в сознании доминировала уверенность, и она, словно волнами, расходилась в стороны, меняя все вокруг. Я обернулся в его сторону, если я мог тогда про себя сказать обернулся, все-таки никаких органов чувств у меня не было.
Помимо непрошибаемой уверенности в себе, это сознание светилось. Ко мне приближалась светящаяся точка, угрозы я не чувствовал, да и убегать мне было некуда.
— Хивай! — прилетело от сознания.
— Чего? — на автомате ответил я.
Я ничего не понял, ни что он сказал, ни что имел в виду. Находясь тут в темноте, я был будто стерт, но с появлением этого сознания у меня появилось зрение, а когда он что-то мне сказал, я почувствовал, как появились еще и речь и слух.
— О! Ты русский! А я по привычке на китайском поприветствовал. Привет, — сказал мне яркий кусок света молодым голосом.
Приглядевшись, я увидел молодого парня, совсем мальчишку лет пятнадцати. Сквозь сияние точки в груди можно было увидеть белые полупрозрачные части тела.
— Привет, — решил я также проявить учтивость. Я впервые разговаривал с кем-то во тьме, и мне это определенно нравилось.
— Подержи меня, пожалуйста, за руки, а то меня сносит, — попросил он меня.
Только сейчас я почувствовал, что его голос буквально дрожит от напряжения.
— А меня вслед за тобой не снесет? — спросил я его. А сам подумал, что парень молодой и совсем не культурный, ну кто же незнакомым людям тыкает, особенно если они настолько старше.
«Кстати, а сколько мне лет?» — на последней мысли я оторопел, сознание не хотело открывать мне мои мысли, а я не стал копать. Собеседник, напротив, был мне более интересен в настоящее время, а подумать я и потом смогу, а то неизвестно, сколько мы общаться будем.






