ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Беда нагрянет всегда внезапно, и хуже всего, что она почти никогда не приходит одна. Жизнь превращается в сплошное напряжение, и в итоге остаётся лишь надеяться, что тёмная полоса закончится. Но Андрей и Мирон ждать не привыкли. Искра Бога Евгений Прядеев Беда нагрянет всегда внезапно, и хуже всего, что она почти никогда не приходит одна. Жизнь превращается в сплошное напряжение, и в итоге остаётся лишь надеяться, что тёмная полоса закончится. Но Андрей и Мирон ждать не привыкли. ==================== Глава 1 Глава 1 Если немного пофантазировать, то может показаться, что человек с разорванным от уха до уха горлом улыбается. Широкой и очень жизнерадостной улыбкой! Мысль, конечно, как минимум, странная, но ничего другого в голову не приходило. Меня вообще никак не отпускало ощущение какой-то нереальности происходящего. Пять часов утра. Я в ста километрах от МКАД в лесу с мокрыми от утренней росы кроссовками и диким желанием спать. А тут ещё и мужик этот улыбается. Самая прекрасная картинка для похмельного начала дня. Вообще-то сегодня утром я абсолютно никуда не собирался. Ко мне в гости приехали два бывших сослуживца и за воспоминаниями совместной службы мы как-то незаметно загудели глубоко за полночь. Нет, вы не подумайте, всё было более, чем прилично, даже за добавкой никто сбегать не порывался. Ящика привезенного с собой Кизлярского коньяка вполне хватило, чтобы Светка удивленно округляла глаза с каждой следующей опустевшей бутылкой, а я ложился спать с ощущением расслабленн

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Не знаю, сколько именно подручных у Ледовского, но если их хотя бы больше пяти, то мне объективно нечего ловить в открытом противостоянии. Как бы я себя не любил, но факты — вещь упрямая. Они, как муравьи в старом анекдоте, сначала завалят, а потом ногами запинают.

Всё-таки, оборотни, пусть и молодые, это не гопники, редко ожидающие достойного отпора, и не алкаши у поселкового гастронома. Любой оборотень даже в человеческом обличье достаточно достойный соперник, а уж если рядом с ним такие же собратья…

Так что лично у меня план предельно простой. Надо отвлечь Ледовского и его подручных, спасти Светку, а потом уже можно подумать о других гражданских военного городка и открытом противостоянии с майором. Другой вопрос, пока не особо понятно, как именно всё задуманное можно осуществить.

Судя по горящим уличным фонарям, я провёл в забытьи не пятнадцать минут, а гораздо больше. Кроме того, моё тело нагло ощупывал холодный осенний ветер, что удовольствия отнюдь не добавляло. Меня лишили одежды и привязали к чему-то деревянному абсолютно голым! Извращенцы! Больше добавить нечего!

— Очнулся? — в лицо ударил луч фонаря, и на мгновение я ослеп от его яркости.

На автомате изо рта вылетели только грязные ругательства, что, впрочем, можно было бы зачесть и как ответ на заданный вопрос.

— Товарищ майор, он очнулся, — доложил тот же голос, причём, судя по интонации, на мои оскорбления он никак не отреагировал. Настоящий военный! Сволочь! Глаза продолжали болеть и не давали сориентироваться.

Послышались тяжелые шаги и откуда-то сбоку в поле моего зрения выплыла фигура Ледовского. Довольный, улыбающийся! Тварь жизнерадостная! Вот теперь, когда никакие обещания меня не сковывали, желание разорвать майора на мелкие кусочки стало особенно сильным.

Рвануться! Повалить на землю! Нет, не просто повалить, а швырнуть с размаху! Долго бить! И рвать, рвать, рвать на мелкие кусочки!

Но рвануться к майору возможности пока не было. Я висел распятым на деревянном щите или, может быть, даже стене от сарая. Руки и ноги оказались крепко притянуты к плохоструганной поверхности веревками или жгутами. Самое интересное, что у меня не было возможности даже вволю покрутить головой и, судя по неприятным ощущениям в районе лба, эту часть тела тоже решили привязать покрепче.

Ладно! Допустим, что птичка попалась и деваться ей некуда. Мне бы Светку вытащить отсюда, а там я и вернуться могу! Я же не гордый…

Ледовский встал передо мной, широко расставив ноги, и уставился на меня с широкой улыбкой. Блин, ну откуда у майора-шурупа такие замашки? Что за привычка к позёрству?

— Как дела, Андрей? Голова не болит? — количество сарказма в голосе Ледовского зашкаливало за все разумные пределы.