И вправду, что-то до костей пробирает, надо и подогреть брюхо изнутри.
Уже два часа сидим мы у Томаса в каюте, бухаем самогон, да селёдкой с сухарями и луком закусываем и байки травим. Старикан то мастак приврать, да и я от него не отстаю, а чего мне? Я от отца столько разных историй знаю… в основном по пьяни рассказанных, и со всеми подробностями, которые для сопливого пацана были сущим откровением.
— В компасах — жидкость компасная, сорокаградусный спиртовой раствор! Вот это вещь! Как совсем баки опустеют, так мы значит к штурманам! Давай мол. Жидкость слить, а вместо нее водичку — компасы и на воде работают исправно. Если, конечно, не замерзнут. — заливает мне старик Томас, нарезая большим ножом очередную луковицу и посыпая её солью — Тут главное что? Правильно, главное с гирокомпосной не перепутать! В гирокомпасах она тоже на спирту, только туда еще глицерин добавляется, бура и еще какая-то гадость — чтобы там букашки разные не заводились и не случалось обрастания. Вот если такую хлебнёшь, всё считай нету тебя. Отпивают покойника.
— Да не заливай! Чё прямо из компаса и пьют? Да я сам штурман, а об этом не знаю! Там технический спирт идёт, от него ослепнуть можно! — удивляюсь я.
— Я тебе говорю Витька, так и есть! Или ты считаешь, что я трепло?! — потянула старикана поиграть в игру «уважаешь-не уважаешь» — запомни салага, старик Томас никогда не врёт! Старика Томаса вся флотилия знала!
— Я тоже горжусь, что лично знал старика Томаса! — пьяно воскликнул я — давай за него! Земля ему пухом!
— Да, хороший был человек! Моряк каких поискать! Давай помянем, раба божьего, царствия ему небесного! — соглашается старик Томас, помянуть самого себя. Этот эксперимент показал, что у дедушки уже деменция, какая тут к хренам собачим учёба? — А за кого пьём то?
Вдруг дверь каюты со стуком распахивается и на пороге появляется никто иной, как старпом, собственной персоной.
— Жохов твою мать! На пару часов тебя оставил, а ты уже снова нажрался?! Под арест! Немедленно! — с пеной у рта орет толстячок.
— Не понимаю вашего возмущения дяденька — удивился я гневу толстяка — вы мне сказали «поступаешь в распоряжение Томаса», а он вот так вот распорядился. Чё орать то?
— Осади! На моего ученика могу орать только я! — на удивление трезвый Томас встал, закрывая меня своей спиной от старпома. Вот только что у него язык заплетался и в сон старика клонило, а сейчас как подменили. Перед вторым человеком на «Алеуте» стоит уверенный в себе гарпунёр-наставник — Беру я Жохова в ученики, выйдет с него толк. Изобретательный и хитрый как лиса. Считай я теперь за него в ответе, буду из него гарпунёра делать!
----------
Глава 5
Глава 5
Правы были капитан со старпомом, своеобразный человек старик Томас, редкий, я бы даже сказал редкостный му….






