ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Почти сто лет длилась мировая охота на китов. К ней можно относиться по-разному: кто-то клеймит промысловиков, кто-то их защищает. Факт остаётся фактом — из-за человека величайшие создания планеты оказались на грани исчезновения, а некоторые виды потеряны насовсем. Впрочем, у этого ремесла имелись свои герои, даже удостоенные звания Героев социалистического труда! Здесь описана судьба нашего современника, которого перенесло из его дней на борт китобойного судна в разгар сезона, в слаженный экипаж советских охотников за китами. И плевать, что ты не выносишь моря — на берег попадёшь только спустя 8 месяцев, когда путина завершится. Совпадения случайны, искажения намеренны. Я не собираюсь пересказывать дословно всю историю флотилии. Воспринимай этот мир как параллельный, а сюжет — как художественный вымысел.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Эй на катере! Примите штурмана! А то он тут до смерти замёрзнет! — кричат нам с самолёта и боцман, страшно ругаясь нехорошими словами, снова подводит катер параллельно качающейся летающей лодке. Один из матросов кидает конец, к которому привязывают мокрого мужика и сбрасывают его прямо в воду! Боцман, я и механик тянем конец втаскивая мокрого героя.

— К топке его, раздевайте! — это мне и механику дает команду боцман. Мужик сам идти не может, руки и ноги его не гнуться, а лицо перекошено страдальческой гримасой. Понимаю тебя мужик! Сам недавно так же купался, никогда «моржей» не понимал, которые добровольно лезут в холодную воду зимой, это же просто мазохисты!

— Терпи, сейчас согреешься. У нас печка на борту, как знали с собой прихватили — подбадриваю я мужика, когда мы срываем с него обледеневшую одежду — главное яйца сразу в топку не суй, понимаю, что хочется, но так и спалить их можно.

— Пошёл нахер! Шутник! — стуча зубами огрызается летающий штурман — выпить есть?

— Нашёл у кого спрашивать! Если бы было, то уже бы не было! Мы тебе что? Не моряки что ли? — удивляюсь я, да я бы сам бы сейчас накатил, для согрева и для снятия стресса — а у вас в самолёте есть?

— Есть. Если дойдём до бухты, приговорим — обнадеживает меня, почти обнявший котел как родную жену, штурман.

— Тогда обязательно дойдём! Ради такого дела то, как не дойти! — слегка приободрился я и поймал заинтересованные взгляды механика и нашего «кочегара».

Тем временем боцман вел переговоры с лётчиками. Как я понял со связью проблемы, общаться с «Алеутом» получается только «ключом», то есть морзянкой. И сейчас радист плавбазы взял паузу, для получения ответа от капитана.

— Идём на остров! Подтверждение получено! — орёт обрадованный лётчик из своей открытой кабины, расположенной на носу самолёта. Я вижу, как боцман облегченно вздохнул, ночное море, и набирающий обороты шторм беспокоят похоже не только меня.

— Давай курс штурман — тут же перекладываю я ответственность за проводку нашей сцепки в безопасное место на настоящего и опытного штурмана, доставая карту и подсвечивая её фонарём.

Наш катер медленно разгоняется для того, чтобы не сделать рывка, и не повредить хрупкий фюзеляж, а на самолёте продолжаются спасательные работы. Экипаж черпает воду и заводит брезентовые чехлы на все отсеки и люки — мужики бьются за свою машины как львы!

Я думал до этого было страшно, а это были только цветочки! Вы попадали, когда ни будь в метель? А в метель в штормовом море? Сильный ветер поднимает высокие волны, их гребни рассыпаются на мелкие капли, белой паутиной, тянущейся над поверхностью моря, снег бьет то в лицо, то закидывает снежинки за шиворот.