ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я — Найденыш, бродник из Клоссерга. Уже два года я выхожу на первый горизонт Кома без узора, надеясь, что во мне проснётся природная чувствительность к хасса. Все вокруг давно сделали себе узоры, а я всё жду, хотя даже мне самому уже ясно: чуда не будет. Я выжил там, где выжить было нельзя, и это, видимо, и был весь мой лимит. Сегодня я удачно сходил в рейд: продал добычу, раскрутил на хорошую цену скупщика Икраима и прикупил себе отличную армейскую аптечку. Но в баре узнал, что Неваляшка, который держался до последнего, как и я, всё-таки сделал себе узор и ушёл в одиночку. Значит, пришло и моё время. Завтра я пойду и сделаю это.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Единственным периодом, когда он несколько оживлялся, были дни, когда сюда, в Клоссерг, спускалось свежее «мясо», то есть «снаружи» приходил очередной транспорт со свежезавербованными, и в их поселении появлялись новички, по тем или иным причинам захотевшие стать бродниками… ну или принужденные к этому выбору. Тогда он выпячивал грудь, надувал щеки и щедро делился с испуганным «мясом» своим «богатым опытом старого бродника», меняя его на выпивку и закуску. Более того, в первую декаду после прибытия «мяса» Бродлер мог даже выползти за пределы поселения и совершить короткую прогулку по его окрестностям во главе куцей сборной команды новичков, гордо именуя все это «рейдом». Естественно, не за бесплатно. Но это продолжалось максимум один саус. А потом до новичков постепенно доходило, что у «старого опытного бродника» трясутся руки и слезятся глаза, что в так называемом рейде они смогли раздобыть только несколько пуков травы, красная цена которой — одна кредитная единица, что этот «опытный ветеран» одет в такую же снарягу начального уровня, что и они, только совсем уж потрепанную, и вообще не имеет дальнобойного оружия. Поэтому Бродлеру опять переставали платить и наливать, и он снова впадал в некое полукоматозное состояние до прибытия следующего «мяса», торча в барах без гроша в кармане и перебиваясь случайным благоволением вернувшихся из рейда бродников. Вот и сейчас он дремотно мочил обвисшие усы в купленной какой-то доброй душой кружке пива и оживился лишь тогда, когда Андрей сообщил о финансовых результатах своего последнего рейда.

— Во как! — уважительно покачал головой Громила. — Скопил-таки.

Андрей молча кивнул, наматывая на шомпол кусок ветоши. В принципе, Громила был неплохим парнем, и в другое время землянин был бы не против почесать с ним языком, но не в этот раз. Он собирался быстро почистить оружие, уговорить кружку пива с яичницей, да завалиться в койку. Устал. Так что спустя еще два-три односложных ответа до Гардинга, наконец-то, дошло, что Найденыш сегодня не настроен на разговор, и он отвернулся. Зато к оружейному столу подошел сам хозяин бара.

— Привет, Андрей, — поздоровался Толстяк Кемми, опуская на стол перед землянином кружку с пивом. — Кушать будешь?

— Привет, Кемми, буду яишенку, соскучился по твоей фирменной, — улыбнулся Толстяку бродник.

— Это мы быстро, — улыбнулся тот в ответ. — Тебе из двенадцати яиц или поменьше?

— Шести хватит. Не хочу перед сном набивать пузо до отказа.

Яичница подоспела как раз к тому моменту, как Андрей покончил с дробовиком и «ручником». Толстяк приволок ее сам, выказывая уважение старому клиенту. Но, поскольку Андрей уже покончил с чисткой, они с Толстяком плавно переместились за столик.