— Вечером Астрая выступает, подойдешь? — поинтересовался хозяин бара, когда землянин принялся за яичницу. Андрей на мгновение замер, потом вздохнул и покачал головой:
— Нет, Кемми: что было — то прошло.
Толстяк вздохнул:
— Понятно… а на сколько у меня задержишься?
Бродник, жуя, задумался. В принципе, деньги пожить спокойно дней шесть-семь или даже декаду у него есть, но вот появление в Клоссерге Астраи, пожалуй, делает эти планы слабо выполнимыми. В основном в отношении «спокойно». Значит, следовало линять.
— Да пару ски — отосплюсь, закуплюсь и тронусь. Ну, если ничего более денежного не подвернется.
— Поня-ятно, — протянул Толстяк. Некоторое время они сидели молча. То есть просто сидел именно хозяин бара, а бродник продолжат поглощать яичницу.
— Слушай, а Неваляшка здесь? — спросил Андрей, покончив с яичницей и опрокидывая себе в глотку остатки пива.
— Неваляшка сделал себе узор, — негромко ответил Толстяк. Землянин замер, прекратив есть, затем с натугой сглотнул не до конца пережеванное и тихо спросил:
— Когда?
— Позавчера, — так же тихо ответил хозяин бара. — И сразу же ушел в рейд.
— Один?
— Один, — согласно кивнул Толстяк. Они снова помолчали.
Неваляшка был последним из относительно старых бродников, который не делал себе узора, как и Андрей, страстно мечтая, что у него проснется-таки природная чувствительность кхасса. Он прибыл в Клоссерг всего через два месяца после того, как здесь появился сам Андрей. И продержался дольше всех. Ну, исключая, естественно, самого землянина. Все остальные из его партии «мяса» уже давно сделали узор. И только он все ждал и ждал…
— Наверное, не хотел встречаться с тобой, — продолжил Кемми. Андрей стиснул зубы. Ну что ж, значит, так тому и быть. Землянин молча кивнул и, отодвинув пустую тарелку, так же молча поднялся, скинул с линка на счет бара три с половиной креда за пиво и яичницу и двинулся к лестнице.
Вернувшись в комнату, Андрей рухнул на кровать, закинул руки со стиснутыми кулаками над головой и уставился в потолок. Это, выходит, теперь он самый старый бродник в Клоссерге, у которого нет узора? Впрочем, чего это он… Найденыш и так был самым старым бродником в поселении, который, вот идиот-то, до сих пор отказывался сделать себе узор и начать нормально зарабатывать. Потому что даже в некоторые уголки первого горизонта, причем наиболее прибыльные, то есть такие, в которых встречается наиболее опасная флора и фауна, соваться без узора было несусветной глупостью — схарчат, и не заметишь. Причем, со стопроцентной вероятностью. Но землянин, с упорством, достойным лучшего применения, все ждал и ждал, когда, наконец, у него проснется чувствительность кхасса. Ведь Иллис обещала ему… Андрей зло скрипнул зубами.






