Тот увидев автомат, резко вскинул руки и крикнул:
— Не стреляйте, это я!
— Тьфу, ты блин! — я опустил ствол. — Я вас чуть не убил, Зиновьев! Где вы были? Я думал, вас утащили зомби!
— Зомби не утаскивают людей, — покачал седой головой интеллигент. — Они пожирают людей на месте. Простите, но я не боец. Как только на нас напали, я спрятался в кустах. Вы ранены? Это ваша кровь? Еще раз простите…
— Забейте док, не оправдывайтесь, — я отставил автомат и уселся под дерево. — Мне скоро вообще все равно будет. Гребаный мертвец меня укусил.
Я снял рубаху, на окровавленной груди виднелись множество царапин. На правом плече кровоточила кайма от укуса.
Профессор и Кастет подошли ко мне. Зиновьев протер очки и встал передо мной на колени. Он внимательно осмотрел меня:
— Дайте мне аптечку, нужно обработать раны и перевязать.
— Бросьте, док, — усмехнулся я. — Я сдохну быстрее, чем вы сделаете мне перевязку. Смысла нет…
— Когда я жил в бункере Барона, то часто имел дело с укушенными, — профессор посмотрел на меня поверх очков и назидательным тоном продолжил. — Вернее с их трупами. Укушенных жнецов Барон приказал доставлять в бункер для вскрытия. Он горел желанием узнать секрет их обращения. Он очень боится мертвецов и полагал, что вскрытие поможет ему узнать некий способ, который поможет избежать заражения в случае, если его укусят.
— Так он вакцину хочет для себя? — удивился я. — А я думал, для бизнеса.
— И для бизнеса тоже, но не суть. Я присутствовал при вскрытии трупов. У всех укушенных наблюдалась одна и та же картина: раны покрывались черной коркой и загнивали буквально в течение нескольких минут. Кровь превращалась в бурую жижу. А у вас все чистенько, будто не зомби укусил, а зверь какой…
— Что вы хотите этим сказать? — мою душу согрел лучик надежды.
— То, что вы не инфицированы, и вас нужно перевязать. Как вы себя чувствуете? — Зиновьев пощупал лоб. — У вас нет лихорадки, а это наипервейший признак укуса.
— Чувствую себя вроде норм, — только сейчас я понял, что не ощущаю себя при смерти.
Я видел много укушенных, их сразу косила смертельная усталость, слабость и жар. Я себя чувствовал, будто просто порезался. Сильно порезался…
— У меня что, иммунитет? — я вытаращился на свою грудь и плечо: края ран розовые, кровь алая, кожа без корки.
— Вряд ли, — покачал головой профессор, подойдя к убитому Кастетом жнецу. — У этого товарища все тоже самое. — Вены не почернели, укус чистый. Кожа еще розовая. Он тоже не инфицирован.
— Как⁈ — воскликнул Кастет. — Я что, зря убил своего друга?
— Боюсь, что да… — пожал плечами профессор.
— Бл*дь! — рявкнул Кастет и ударил кулаком по березе.
На костяшках его руки выступила кровь. Он сел под дерево и обхватил голову руками.
— Не переживайте так, — проговорил Зиновьев.






