— Самоуверенность тигра била через край, и он сильно опешил, когда Лодраш ткнула пальцем куда-то за его спину, злобно прошипев:
— Мы, может, и нет, червивое отродье некогда славного рода Саблезубов, а вот они — да!
Среди деревьев замелькали гибкие звериные тела, и на изрытую, истоптанную бойцами полянку с алтарем выскочил отряд стражи во главе с капитаном. Бравых вояк вели за собой шустрые братья Маерши, не пожелавшие пропустить такую славную охоту за злодеями.
Троица каракалов неслась впереди, будучи более шустрой, чем крупные львы графской охраны, и с налету вцепилась в снежного барса, выбрав почему-то именно его в качестве жертвы. Подраться, как Лера помнила, парни любили, но в данной ситуации о честной драке никто не помышлял. Если четверо на одного было нормально, то почему бы троим более миниатюрным каракалам не сделать то же самое? Все же они явно уступали в опыте и весе любому из старейшин, да и надо же оставить хоть кого-то из преступников для бравых графских служак.
Под пресловутым деревом-убежищем тоже лилась кровь. Берт уже умудрился стащить с дерева визжащего, как поросенок, Ньетоша. Мерзавец притворился, что напуган, сдался и не в силах вынести боль, а сам, улучив момент, попытался подло выцарапать бинтуронгу глаза. Когти прошли в каких-то миллиметрах выше, к счастью задев лишь густые надбровья. Царапины были незначительные, но кровь из них потекла, заливая глаза и пачкая белую шерсть.
Увидев перемазанную красным светлую морду Берта, мантикора совсем потеряла голову от страха за любимого. С воплями баньши, напрочь забыв про травмированное крыло, она сорвалась с дерева в прыжке, точно угодив прямо на голову росомахи. Жало на хвосте мантикоры вонзилось Ньетошу в ухо, когти драли шкуру на боках, и Кейтса даже не поняла, что она своим прыжком сбила с ног Берта, который как раз держал злодея за шкирку.
Бинтуронг, немного оглушенный, валялся залитым кровью пушистым ковриком под ее уже мертвой жертвой, которую Кейтса в иступленном безумии рвала когтями за любимого, за Леру, за отца, за свой страх и за всех убитых и замученных мерзким уродом мирных жителей.
Казалось бы, почти все закончилось и можно радоваться, но Лера, в тот момент практически спустившаяся с дерева при виде Маерши и стражей, вдруг заметила в растущих рядом кустах еще одного льва в компании молодой львицы и хорошо запомнившейся ей черной пантеры.
Несложно было догадаться, что Рсмурс все же как-то освободился под шумок и вытащил любимую вместе с ее матерью из заключения. Теперь эта троица не сводила внимательных глаз с испуганно замершей девушки.
Впрочем, Танимрий быстренько принял человеческий облик и поманил Леру.






