К тому моменту, когда Росин осадил коня возле кухни и спрыгнул на землю, вглядываясь в незнакомое лицо поварихи, от часовни внезапно сполошно ударил колокол. Гость оглянулся, увидел, как выскочивший со двора бородач бросил на землю топор, тут же послышался топот со стороны реки и от мельницы. — А-а-а! Костя вернулся!!! В последний миг Росин смог-таки опознать в бородаче давно небритого Игоря Картышева, как тот уже сжал его в своих объятиях. В тот же миг еще кто-то напрыгнул на него справа, слева, сзади… Нагнавшие барина холопы кружили вокруг, тиская рукояти сабель и не зная, что делать — то ли спасать хозяина от мужиков, что с яростными воплями кидаются к нему со всех сторон, совершенно скрыв с глаз, то ли ничего страшного пока не происходит. Наконец, страсти немного поутихли и Росину удалось выбраться из удушающих объятий. — Эй Зина, — крикнул в сторону двора Картышев. — Давай, на стол мечи, все что есть в печи! Гость приехал! Завязываем с работой на сегодня. Гулять будем! — Ну да, — вышла, вытирая передником руки, простоволосая женщина. — Вы там нажираться будете, а я вам буженину таскать? Мне тоже с Костиком поговорить интересно. Марью свою в погреб гони. — Семен! — крикнул через головы одноклубников Росин. — Лошадей во двор с часовней заводите, там разгружайте и расседлывайте. Конюшня все еще там, Игорь? Семен, там и конюшня, и сено. Как со скакунами разберетесь, сюда, к столу возвращайтесь. Тут, как я понимаю, все еще коммунизм. Так, Игорь? — Он самый! — с силой хлопнул гостя по плечу Картышев. — Пошли под навес, там поговорим. Ненадолго толпа рассосалась: одноклубники возвращались к своим мельницам и печам, заканчивая работу и останавливая механизмы. Тем временем Зинаида с несколькими помощницами, в которых Росин узнал взятых в Ливонии, во время набега на Дерптское епископство, невольниц, накрывала на стол. Тут было уже и привычное вареное или копченое мясо, пироги, миски с солеными огурчиками, здесь же и почти забытый холодец, заливная рыба. Появились на столе и запотевшие — с ледника — пузатые колбочки с прозрачной жидкостью, название которой любой русский мужик угадывал с полувзгляда. Вскоре одноклубники начали опять собираться за столом. — Ну давай, колись, — опустился Картышев на скамейку рядом с председателем клуба «Черный шатун». Теперь уже, наверное, бывшим. — Где тебя носило, как ты сам теперь, что за ребята с тобой? Родить десятерых за три года, при наличии желания, еще можно. Но вырастить до такого возраста… — Холопы, — кратко пояснил Росин, глядя на свою дворню усевшуюся плотной группой в дальнем конце стола. — О-о, да ты теперь рабовладелец? — вопросительно поднял брови Картышев. — Уж чья бы корова мычала… — хмыкнул гость.

Об этой истории
Они собирались просто разыграть сражение из минувших веков. Но всё пошло не так: прошлое ожило и поглотило их. Водоворот времён перенёс современников в кровавую эпоху правления Ивана Грозного — в годы опричнины и непрекращающихся боёв с Ливонским орденом. Тут без умения драться не выжить. Тут выживанию нужно учиться заново. Люди меча Александр Прозоров Они собирались просто разыграть сражение из минувших веков. Но всё пошло не так: прошлое ожило и поглотило их. Водоворот времён перенёс современников в кровавую эпоху правления Ивана Грозного — в годы опричнины и непрекращающихся боёв с Ливонским орденом. Тут без умения драться не выжить. Тут выживанию нужно учиться заново. ==================== Пролог Пролог Речушка со вкусным названием Осетр делала здесь широкую петлю, огибая луг и подмывая высокий, поросший соснами берег. Над водой, рядом с небольшим песчаным пляжем, тянулся на несколько метров, чуть не до самой стремнины, трамплин: длинное сосновое бревно, поверх которого накрепко приколочена доска в ладонь толщиной. Вокруг пахло смолой, хвоей, дымом и чуть кисловатым печеным мясом. Самый аппетитный аромат тянулся от небольшого костерка. Точнее, от россыпи углей, над которыми на сверкающих сталью шампурах запекалось порезанное щедрыми ломтями мясо. В двух шагах от костра лежал широкий ковер, на котором сидела, поджав под себя ноги, молодая женщина, голубоглазая и курносая, в белом шелковом бюстгальтере с тонкими кружевами поверх упругих чашечек и свободных шелковых трусиках.





