ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Они собирались просто разыграть сражение из минувших веков. Но всё пошло не так: прошлое ожило и поглотило их. Водоворот времён перенёс современников в кровавую эпоху правления Ивана Грозного — в годы опричнины и непрекращающихся боёв с Ливонским орденом. Тут без умения драться не выжить. Тут выживанию нужно учиться заново. Люди меча Александр Прозоров Они собирались просто разыграть сражение из минувших веков. Но всё пошло не так: прошлое ожило и поглотило их. Водоворот времён перенёс современников в кровавую эпоху правления Ивана Грозного — в годы опричнины и непрекращающихся боёв с Ливонским орденом. Тут без умения драться не выжить. Тут выживанию нужно учиться заново. ==================== Пролог Пролог Речушка со вкусным названием Осетр делала здесь широкую петлю, огибая луг и подмывая высокий, поросший соснами берег. Над водой, рядом с небольшим песчаным пляжем, тянулся на несколько метров, чуть не до самой стремнины, трамплин: длинное сосновое бревно, поверх которого накрепко приколочена доска в ладонь толщиной. Вокруг пахло смолой, хвоей, дымом и чуть кисловатым печеным мясом. Самый аппетитный аромат тянулся от небольшого костерка. Точнее, от россыпи углей, над которыми на сверкающих сталью шампурах запекалось порезанное щедрыми ломтями мясо. В двух шагах от костра лежал широкий ковер, на котором сидела, поджав под себя ноги, молодая женщина, голубоглазая и курносая, в белом шелковом бюстгальтере с тонкими кружевами поверх упругих чашечек и свободных шелковых трусиках.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Невольницы, что мы три года назад взяли, как я погляжу, до сих пор здесь крутятся. И коли детей не аистов стая принесла, то и оприходованы они по полной программе. — Выстрел прошел за молоком, — улыбнулся Игорь. — Все девки состоят в честном церковном браке. Отец Тимофей свидетель. А ты, Костя, натуральный рабовладелец! — Отвяжись, — поморщился Росин. — Я никого за уши в холопы не тянул. Сами продались. И за хорошие, между прочим, деньги. Каждый из них, может статься, свою семью этим серебром из нищеты в середняки вывел. Теперь, естественно, отрабатывают. А ты чего хотел? Чтобы я благотворительностью… — Да хватит вам трепаться! — перебил обоих Миша Архин. — Выпьем давайте! За встречу! Одноклубники чокнулись, опрокинули в себя рюмки, потянулись к огурцам. — Никак, маринованные? — удивился Росин. — Сто лет не ел. — Ничего, еще накушаешься, — пообещал Картышев. — Ну, давай, рабовладельческая морда, рассказывай, как дошел до жизни такой? Что с тобой Зализа сотворил, после того, как увез? — Ну, отвез в Посольский приказ, — почесал лоб Костя. — Там я про крамолу супротив царя еще раз рассказал… Ну и все… — Что, и все? — удивился Игорь. — Что, так просто и поверили? — Ну, спрашивали долго, правда или нет. — Просто спрашивали? — Ну да, — вздохнул Росин. — Повесили на дыбе к потолку, кнутом нахлестывали и спрашивали… Просто… — Ой, мамочки, — испуганно прижала ладони к губам Зина. — Как же ты? — Сказал, что правда, — кратко ответил Росин, не желая вдаваться в неприятные воспоминания. — Они поверили. — А потом? — Потом… — Костя с усмешкой вспомнил свой визит к царю. — Потом спросили, чего я хочу в награду. Я, до Государя дорвавшись, сразу целую программу действий выкатил. И про антихолерные карантины, и про воспитательный набег на прибалтов, и про государственную монополию на внешнюю торговлю пушниной. Если вы заметили, Иван Васильевич выполнил все. — Ишь ты, как он уважительно заговорил, — покачал бородой Картышев, пригладив черную бороду. Под густыми мелкими кудрями шрамов от давних ожогов у бывшего танкиста почти не различалось. — «Иван Васильевич»! Вот стало быть, откуда у всех реформ уши растут! А то, что этим летом указ вышел об отмене воевод и введении местного самоуправления на основе выборных представителей от боярства, ремесленников и смердов… — договорив до конца длинную фразу, Игорь задохнулся, остановился, набрал воздуха и закончил: — Это тоже твоя работа? — Нет, не моя, — покачал головой Росин. — А вот к созданию церковно-приходских школ я свою лапу приложил! — Ну, ты монстр! — восхитился Картышев. — Везде успел отметиться! — То не я, — покачал головой Костя и взялся за рюмку. — Ну-ка, мужики наливайте! За царя я выпить хочу.