ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я был мужиком с деньгами, работой и взрослыми детьми. Проснулся — и я пацан в рваной рубахе, посреди леса, в землянке. Руки чужие, ноги чужие, и только матюги свои. Перенос сознания, чтоб его. Как меня угораздило? Вокруг — Сибирь, девятнадцатый век. Местная лекарка, баба Софа, сразу поняла, что я не тот, за кого себя выдаю. Сестрёнка Машка — единственная, кто любит это тело, и мне теперь за неё отвечать. Отец — деревенский тиран, братья — здоровые лбы, а я хилый, как воробей. Надо выжить, откормиться, придумать, как заработать, и не сдохнуть с голоду. И желательно — не попасть на костёр за разговоры о будущем.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

А дома и в поле в таком состоянии, как сейчас, я уж точно долго не протяну.

Софа сначала продолжила буравить меня хмурым взглядом, но постепенно её лицо разгладилось.

— Видимо, ты прав, и неча мне у судьбы лишнее выторговывать. Зима без Снегурки тяжёлая выйдет.

Решил поинтересоваться:

— Снегурка — это кто?

— Её тоже не помнишь? А ведь вы дружили. Собака то моя, три седмицы как околела. Тебя-то лишь в память о ней выхаживать взялась, не жилец ты был.

О как! Любопытные новости. А знахарка-то, похоже, хоронит себя раньше времени. Зимой в лесу без собаки, понятно, тяжко. Но не смертельно же? Да и в деревню, случись что, уйти можно — не прогонят же знахарку.

— Почему бы другую собаку не завести?

— Задерут. Я до Снегурки двух собак держала, всех задрали, а она или сумела договориться с лесными, или просто отвадила зверьё. Как здесь появилась, так до сих пор на огород никто и не покушается. Зайцев каждую неделю приносила, уж кто кого кормил, и не сказать.

— С питанием я помогу.

— Ты себя бы прокормил, Аника-воин.

— Не буду бахвалиться, — пришлось покорно согласиться, — через пару седмиц посмотрим. Вы, если с моими встретитесь, рассказывайте о моём слабом здоровье.

— Скажу, скажу. С курицей-то что делать?

— С какой курицей?

— Так Машка сёдня, увидав, что ты на поправку пошёл, попросила у отца курицу. Суп из неё — первое дело для выздоравливающего.

— А вы говорите, что курица жива и бегает. Ждёт, когда выздоравливать начну.

— Ты очень изменился. Раньше не врал, а теперь у тебя это так легко выходит.

— Просто я понял одну важную вещь.

— Если врёшь, легче жить?

— Нет. Если хочешь выжить, приходится иногда врать. А я хочу не только выжить, но и жить. И хорошо жить. А ещё хочу, — я перевёл взгляд на сестрёнку, — чтобы хорошо жила она. — Потом снова посмотрел на знахарку и продолжил: — И вам тоже хорошей жизни желаю.

— Щедрый ты, — улыбнулась баба Софа.

— Не стоит говорить, что легко быть щедрым, ничего не имея. — Я постарался вернуть улыбку. — Не волнуйтесь, я заплачу за заботу.

— Ну-ну, поживём — увидим.

— И заплачу поболее отца.

Если судить по её задумчивому взгляду, договориться мне удалось.

----------

Глава 2

Глава 2

Утром проснулся в одиночестве. На поляне тишина. Лёгкая пробежка до кустов. О-о, кайф… А это проблема, Саня; постоянно пользоваться ночным горшком, стоящим в углу землянки, не комильфо, знаешь ли. А зимой как быть? В пургу по-быстрому на улицу не выскочишь. Правильно, туалет нужен, а лучше крепкий сарай с туалетом. Мишкин организьм предстоит долго и упорно тренировать, мышцы на скелетик наращивать. В заснеженном лесу или в землянке нормально не позанимаешься, а в сарае можно. Оборудуем небольшой спортзальчик — и вперёд. И замороженные тушки добытых зверей там хранить удобно, и шкурки, с них снятые.