ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Тьма веков позади. Каменный век. Между землями, где ныне находятся Франция и Испания, в предгорьях и тундре, доживают свой срок последние роды неандертальцев. Они не подозревают, что их вид исчезнет, оставив о себе только сказки. В эту минуту душа Андрея Кузнецова из нашего мира вселяется в Эссу, юного добытчика. Способен ли он изменить предначертанное? Неандерталец Леонид Ангарин Тьма веков позади. Каменный век. Между землями, где ныне находятся Франция и Испания, в предгорьях и тундре, доживают свой срок последние роды неандертальцев. Они не подозревают, что их вид исчезнет, оставив о себе только сказки. В эту минуту душа Андрея Кузнецова из нашего мира вселяется в Эссу, юного добытчика. Способен ли он изменить предначертанное? ==================== Глава 1 Пробуждение Глава 1 Пробуждение Спать было неудобно. Андрей попытался вытянуться, но ничего не получилось. Кровать каким-то непостижимым способом укоротилась и ноги натолкнулись преграду— тело так и осталось скрюченным. Абсолютно темно и тихо. Почти проснувшийся Андрей ощутил сильный запах полевых цветов. Кажется, их накидали на него вместо исчезнувшего одеяла. Но кто принес полевые цветы зимой в его одноместный гостиничный номер. Совсем уж причудливый сервис у этих французов. Странный сон. Андрею он категорически не нравился— хорошо бы проснуться от звона будильника на смартфоне. В будние дни ровно в 6:30 утра он прилежно напоминал ему о необходимости идти на работу и начинать ежедневные утренние процедуры с умыванием, ч

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Темнокожие ждут, что мы повернем снова на солнечную сторону,— Андрей увидел, что охотники отряда не понимают, для чего им идти навстречу опасности, если ее можно избежать.

Словно в подтверждение его слов дымы появились с еще одной стороны, свободным от них оставалась только юг. Теперь он был уверен, что западня их ожидает именно там.

К сожалению, всех кроманьонцев жегших костры им перебить не удалось, большинство разбежалось при их появлении, и теперь сопровождали отряд на приличном расстоянии, иногда отправляя в их сторону свои стрелы.

— Еще три дыма с солнечной стороны,— Рэту выглядел растерянным.

Андрея осенило. Это же сигнальные дымы. Так они сообщают друг другу, куда направляются грэли. Похоже, что скрыться от темнокожих будет не так легко, а до спасительной темноты, под покровом которой можно было бы оторваться от погони, еще далеко— день только начался.

— Они нас догонят, Эссу, мы шли всю ночь и весь день, люди устали, а их все больше,— Эрит и Вичаша говорили очевидное, скоро их окружат и засыплют стрелами, не приближаясь близко. Да и прилетать они стали в гораздо большем количестве. Угнетало и то, что противника, скрывающегося в траве они не видели и не могли достать его своими копьями и ножами.

— Если мы дойдем до холмов, то можно будет скрыться в оврагах, трава там не такая высокая и мы, наконец, увидим, как много темнокожих нас преследуют.

Предложение Рэту выглядело наиболее разумным.

— Грэль, грэль,— помалкивавшие до этого кроманьонцы начали громко перекликаться, не нравилось им, куда они направляются.

Причина появившейся у них тревожности скоро стала ясна, когда они подошли ближе к холмам, на одном из них, с широкой плоской вершиной, стали видны жилища— стоянка! Так вот где ты спряталась. Вид очередного стойбища темнокожих воодушевил охотников, которые стали двигаться с большим энтузиазмом. Атаковать места обитания кроманьонцев для них теперь дело привычное, ясное и понятное. Это не изматывающее ожидание невидимой угрозы, с которой они живут целый день.

— Гррх…

— Ахой…

Все-таки они загнали их в ловушку, точнее они сами в нее залезли. Малочисленный заслон перед холмом сбили даже не заметив— что им могли противопоставить эти пять темнокожих. А вот внутри никого не было— ни женщин, ни детей, ни охотников. Судя по успевшей охладиться золе, покинули они ее еще утром. Все растеряно остановились— боевой запал ушел в пустоту. Андрей в сопровождении Рэту, который тоже почуял неладное, ринулся ко входу на стоянку, где тоже стоял разукрашенный краской череп животного, но не мамонта, а большерога с развесистыми рогами.

— Опоздали, Эссу.

Андрей и сам видел, что бежать уже поздно.