Между ними было два шага свободного пространства, и на этом пяточке, свободном от базарной толкотни, лекарь собирался побеседовать с парнем, разузнать о Неде — вдруг воришка что-то знает? Базар — средоточие новостей и банк информации, это известно любому горожанину. Впрочем, большинство сведений с базара зачастую оказывались бесполезными — базарный люд любит приврать. Но тут уж смотри сам — голова-то на что?
— Пу-усти! Пусти! А-а-а! Сссу-у-ка-а! Помогите! А-а-а!
— Да заткнешься ты или нет⁈ — рявкнул Жересар, разозленный вопливым парнем, извивающимся, как змея. — Я просто поговорю с тобой, и все!
— Пусти! Помогите! — не слушая, блажил парень, и Жересар с досадой решил — без толку с таким идиотом общаться. И только собрался его отпустить, как сзади послышался густой хриплый голос:
— Эй, извращенец, чего мальчишку пытаешь⁈ Проходу уже от вас, поганцев, нету! Пусти его!
Жересар обернулся и увидел здоровенного парня лет тридцати, с маленькими колючими глазками под низким лбом — типичный уличный задира или грабитель. Его засаленные волосы стягивала серебряная заколка с кричаще ярким красным камнем, скорее всего — стеклянной подделкой. Для дешевого металла заколки камень был слишком большим, так что не было никакого сомнения — фальшак. Задира выглядел довольно сильным парнем, его покрытые наколками руки упирались в крутые бока, а рядом с ним стояли еще трое парней похилее, но выглядевшие не менее агрессивно и опасно, чем их вожак.
Жересар пожал плечами и выпустил воришку:
— Да забирай. Он хотел у меня кошель срезать, не получилось.
— Врет он! — плаксиво заныл вор. — Он предлагал мне пойти в гостиницу, а я отказался! Он чуть руку мне не сломал! Пусть заплатит на лечение! Я теперь рукой неделю двигать не смогу, а мне семью кормить!
— Какая семья — у тебя, поганца⁈ — усмехнулся Жересар. — Скажи спасибо, не оторвал руку напрочь и не отлупил ею тебя! А надо было, чтобы не шастал по базару и не воровал!
— Слышь, ты, извращенец! Заплати парню за ущерб! — Предводитель шайки нагнул голову, как атакующий бык, и потянулся за спину, извлекая короткую дубинку с кожаной петлей на конце. — С тебя десять золотых, и разошлись полюбовно! Плати, а то башку разобью! Я очень вас не люблю, глиномесов!
«Коллеги» бандита перекрыли проход между палатками, чтобы отрезать путь чужаку, сзади был высокий забор, ограждающий базар, — бежать некуда. Жересар вздохнул — это же надо, в первый день и так влипнуть! Похоже, что кто-то его проклял — удача отвернулась, и навсегда. Слишком было все спокойно и хорошо в его жизни — до тех пор, пока Совет не организовал нападение на дом Хеверада.
— Ну что вытаращился, как баран? — усмехнулся бандит.






