ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Если совсем коротко: Сапковский и Darkest Dungeon в одном флаконе. Если чуть длиннее — перед нами история про попаданку, только не шаблонную, а почти что насмешку над штампом (и это комплимент). Героиня — простая девушка лет семнадцати-восемнадцати из нашего мира, из города, без каких-либо выдающихся способностей. Даже порох ей не дался. Судьба забрасывает её в мир, напоминающий Ренессанс — век примерно XIV–XV, с налётом Нового времени. Цитирую одну из рецензий: «Вокруг будет множество раскладов — больших и малых. Политических, экономических, магических. А где расклады, там и интриги… и это касается всех обитателей мира, включая Елену. Никакого смакования грязи, зато повседневной жестокости и привычного для Средневековья насилия — хоть отбавляй. С благородством туго, но изредка оно всё же проскальзывает. Как в жизни». Читать дальше

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

А кожа казалась бархатной, гладкой, однако не пластмассово-глянцевой. Рука сама тянулась потрогать, погладить, чтобы ощутить подушечками пальцев.

Создание склонило голову и улыбнулось, не разжимая широких, четко очерченных губ с крошечными вертикальными морщинками. Перепончатые уши раскрылись еще больше, обрамляя голову светящимся нимбом. Как ни удивительно, именно эта улыбка отрезвила девушку из другого мира. Сразу вспомнилась сцена из «Пиратов карибского моря» со сладкоголосой песней русалок. Лена отступила еще на шаг. Создание склонило голову еще больше, в ее живой шевелюре вспыхнул мягким зеленоватым светом цветок, похожий на лилию с плотными пересекающимися лепестками. Тончайшие, словно каллиграфическим пером выведенные брови сошлись на переносице, придавая очаровательному личику выражение легкого недоумения. Русалка словно чего-то ждала, однако ожидаемое не происходило, и это не то, чтобы сердило, а скорее озадачивало водное существо.

Вода плеснула в отдалении от светящегося тела, слишком далеко для хвоста в обычных «сказочных» пропорциях русалок. То ли там был другой обитатель, то ли подводная часть русалки была намного, намного больше и длиннее человекоподобной формы. Это отрезвило еще больше. Еще шаг в сторону от омута. Русалка моргнула, при этом у нее двигались не веки, а вертикальная полулунная складка, как у кошки. Зрачки еще больше расширились, заливая глазные впадины ровным зеленоватым светом.

— Кто ты? — спросила Елена. Прозвучало хрипловато и невнятно, главным образом от пересохшего горла. — Кто ты, — повторила она и на всякий случай добавила то же самое по-английски. Крайне сомнительно, что здесь был в ходу английский, но мало ли…

Определенно нет. Языковой барьер оказался прочным. Русалка нахмурилась с еще более озадаченным видом. Разрезая темную гладь воды, словно фигура на носу парусного корабля, она подплыла почти к самому берегу. Призывно улыбнулась и протянула Лене руку. Рука показалась самой обыкновенной и даже без перепонок. С короткими или аккуратно остриженными ногтями такого глубокого молочно-перламутрового оттенка, что, несмотря на голод, жажду и свинцовую усталость, девушка почувствовала тонкий укол далеких отголосков зависти.

— Нашла дуру, — прошептала Лена, отступая еще дальше.

Русалка скорчила гримаску, теперь с явно выраженным недовольством, в котором по-прежнему читалось недоумение. Уши сложились в тонкие «зонтики», убравшиеся куда-то к затылку, под густые волосы. Существо закрыло глаза перепонками, сложило руки на груди и без плеска, спиной вперед, ушло в темную воду. Было — и не стало. Только полыхнуло глубоко внизу, в глубоководной черноте, словно там мигнул и окончательно погас яркий фонарик. Снова воцарились тишина и полутьма.