ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Война трёх рас длилась бессчётные века, и вот равновесие рухнуло: Империя Экумена одолела всех. Эльфы напирали, отнимая чужие земли, сбрасывая народы в море или заковывая в рабство. Даже небесные силы пасовали перед Великим лесом, поглотившим былые цветущие края и исказившим саму природу. Манкурт — раб без памяти, льнущий к хозяину псом. Но однажды его коснётся божественная искра, он осознает себя вольным, восстанет — и этот рывок сотрясёт всю Империю. Палач Дженерал Дим Война трёх рас длилась бессчётные века, и вот равновесие рухнуло: Империя Экумена одолела всех. Эльфы напирали, отнимая чужие земли, сбрасывая народы в море или заковывая в рабство. Даже небесные силы пасовали перед Великим лесом, поглотившим былые цветущие края и исказившим саму природу. Манкурт — раб без памяти, льнущий к хозяину псом. Но однажды его коснётся божественная искра, он осознает себя вольным, восстанет — и этот рывок сотрясёт всю Империю. ==================== Пролог Пролог За четырнадцать лет до основных событий. Столица одного из людских королевств на далёком северном острове, Лунденвик, была окружена со всех сторон многочисленными вражескими войсками. Одна из стен внутренней крепости была частично разрушена стенобитными и осадными орудиями, образовалась сквозная дыра, сквозь которую проникли безжалостные эльфы, и началось избиение. Оставшиеся жители детинца: все воины, даже горожанки, которые могли держать в руках кухонный нож, немощные старики с палками — отчаянно сопротивлялись и… уничтожали

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но даже то, что я почти не владею информацией о жизни вокруг, хорошо мотивирует расквитаться за бесцельно прожитые жизни и горечь существования в неволе. Всё, что я помню о детстве, — нудятина о величии эльфов, которую вбивали мне розгами по заднице. Нашего «учителя»-педофила, который растлевал маленьких девочек двух рас: людей и гномов. И ему ничего за это не было, эльфы лишь цокали недоброжелательно, как он может опускаться до того, чтобы трахать низшие расы.

И все же — запредельная ненависть к эльфам, что это? Наносное?! Или от любви до ненависти один шаг? Я тот самый раб, когда-то боготворивший «господ», или «божья искра»? Ненависть к эльфам Империи Экумены, знания, умные мысли были явно «искринские». А вот воспоминания, часть устремлений и вкусы — смерда. Ничего из памяти искры не припоминаю, может, она не существовала как таковая до вселения в меня или в Слайм-босса? Эдакая бабочка-однодневка — горела ярко, как бензин, но всего ничего по времени. А сейчас «божественная искра» проросла в моём сознании, и мы стали одним целым?! Явно я теперь — ни то и ни это. Не раб «Ай, болит», но и не неведомая с небес упавшая фигня, которую знал пару часов в жизни. Мне кажется, что я что-то третье, ни на что не похожее, если скрестить взаимоисключающие вещи: ежа и ужа, то получится колючая проволока — в данном случае — Айк.

(примечание автора:

Четвертый день лета* — у эльфов нет привычных нам месяцев, новый год начинается с первым днём весны. Год делится на кварталы: весна, лето, осень, зима. По девяносто два дня летом и на день меньше в остальные времена года.)

----------

Глава 2

Глава 2

Мой самый лучший статус!

Но пока отринем самокопание и философский самоанализ, сейчас не до рефлексии. Какой бы я там ни был химерой и синергией несовместимого: тупого субъекта-раба и однодневки объекта-искры, сейчас мне нужно выжить, а не разглагольствовать не по существу.

Всю жизнь я пахал, реже спал и жрал помои. Теперь, если подумать, мне ведь относительно повезло в детстве, всё познаётся в сравнении. Смышлёного человеческого мальчика увела к себе наша алхимик, и я всегда выкладывался на двести процентов для неё. Что бы она ни просила, я делал это и даже больше, сильно старался. Лишь бы не попасть в руки других злобных эльфов, которые делали с рабами что хотели, от чего последние не всегда выживали, а то и сходили с ума. Я очень силился понравиться алхимичке, лишь бы остаться у неё, лишь бы не выкинула «на мороз». Она била меня как сидорову козу и попрекала чаще всего за дело, а не просто так, как остальные ушастики.

Вспоминались мерзкие слова эльфов о том, что люди и гномы суть есть грязь и появляются из грязи, типа червей навозных, только разумные. Да и то только потому, что над нами смилостивились «высшие», дав мозгов и обучив чему-то полезному.