ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Игорь Егоров снова в строю: наш современник продолжает осваиваться в мире, где правит магия и Средневековье. Год назад он чудом ушёл от каторги и рабства, а теперь добился большего — стал графом и получил обширные земли в Гирфельском герцогстве. Наконец он взялся за давно задуманные новшества. Выходит, бывший земляк превратился в управленца, владельца крепостных и хозяина своих людей, а его превозмоганство закончилось? Отчасти да. Но разбитые враги не успокоились и жаждут реванша. Так что прогрессорство прогрессорством, а крепость и оборону укреплять придётся. Его уникальная магия открывает теперь огромные возможности.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Не королевские солдаты точно, — хмыкнул граф, — Повезло, что тебя ни на егерей, ни на армейский патруль понесло чинить справедливость. Иначе пришлось бы и их кончать, — кивнул он на спасённых, — Вот зачем опять полез? А впрочем…, - старый приятель замолчал и вскочил обратно в седло.

Лойм высказался вполне разумно. С точки зрения здешней средневековой морали поступок Игоря был, мягко говоря, не совсем адекватным. Да, неизвестные вояки совершали противозаконное деяние, но такое отношение к крестьянскому сословию со стороны служивого отнюдь не редкость, а, главное, граф Приарский не местный страж порядка, в чьи обязанности входит следить за соблюдением закона.

— Знаешь ведь, что не терплю подонков, — сказал землянин в своё оправдание.

— Знаю, — улыбнулся граф Ремсский и повернулся к троице крестьян, за спинами которых прятался их раб, — А вы как ночью здесь оказались, придурки? И поднимите свою бабу. Кто она вам?

Вместо признательности и слёз благодарности в адрес двоих нежданных гостей, спасших их спутницу от насилия, поселяне демонстрировали страх и неуверенность в дальнейшем благополучном развитии событий.

Ночами крестьяне, если и перемещались по дорогам, то только в составе охраняемых владетельных обозов. Вот и эти собственники небольшого хутора у деревни Нижняя Пойма отправились в путь с расчётом прибыть в столицу засветло, но подвела ось одной из телег. Пока ремонтировались, поняли, что до закрытия городских ворот не успевают, да и в темноте продолжать путь на повреждённой телеге по здешней ухабистой дороге означало вновь сломать свой транспорт.

— Сама, господа хорошие, навязалась с нами, — не сильно-то и сочувствуя изнасилованной дочери, пояснил старший хуторянин, — По лавкам и магазинам захотелось побегать.

Из двоих братьев только младший утешал плачущую сестру, а старший, как и их отец, оставался почти к ней равнодушным.

Хотя жизнь крестьян в этом мире попаданец видел со стороны, но уже достаточно хорошо её знал, и поведение хуторян по отношению к своей родственнице его не удивило.

— Четыре с половиной ритала, — сообщил Лойм, когда старший из братьев по его приказу обыскал убитых вояк, — Не густо, — он ещё раз при свете взошедшей первой луны просмотрел на своей ладони монеты и сгрузил их себе в карман.

— И то хлеб, — тоном скупердяя выразился Игорь.

Понятно, что в жалких трофейных грошах наёмников — или кто они были? — теперь уже не узнать — два графа совсем не нуждались, но небогатые дворяне, которыми сейчас представали перед людьми два друга, отказаться от присвоения денег не могли.