Проход освободился, теперь можно и мне выдвигаться!
Спускаюсь в метро и через тридцать пять минут я в своем районе. До дома недалеко, семь минут пехом. Взлетаю на второй этаж и жму кнопку звонка. Тамбур на две квартиры отгораживает деревянная дверь, сделанная из подручных материалов еще прежними жильцами. Дом один из самых старых в районе, куда заселяли передовиков завода АМО, который потом стал ЗИЛом. В общем, прочная железобетонная девятиэтажка.
Сестренке специально не звонил, хочу сюрприз сделать. Слышу открывается квартирная дверь, и систер неуверенным голосом спрашивает:
— Кто?
— Доставка на дом, — стараюсь изменить голос. Дверь распахивается, и на мне повисает визжащее от эмоций чудо. Мою ненаглядную после множества рассказанных в детстве сказок разными голосами фиг обманешь. Чувствую, что за время моего отсутствия сестра серьезно так набрала объемчика в некоторых местах. И как-то организм воспринял это совсем не по-братски. Считаю мысленно замерзших на льду окуней и вместе с висящей сестренкой захожу в дом. Отлепил от себя приятное тельце и, поставив перед собой, держу за плечи на вытянутых руках. Рассматриваю милое лицо, невольно соскальзываю взглядом по тонкой шее ниже, а потом еще ниже. Чувствую: еще немного, окуни оживут и побегут в лунку. Одета сестренка как обычно по-домашнему в топик и шортики, но содержание разительно так поменялось. Она, наверно, что-то почувствовала и смотрела на меня не отрывая взгляда. Ее милый ротик приоткрылся, а взгляд приобрел мечтательное выражение, замешанное на смущении и ожидания чего то неизведанного.
— Ой, Мишка! Ты чего не позвонил? — протянула она. — И это, не смотри на меня так, я стесняюсь.
— Привет, малыш! Как ты тут без меня? Где кавалера спрятала?! В шкафу? — я старательно делаю вид, что ничего не случилось.
— Дурак! Нужны они мне очень! — сестренка смахнула челку и весело улыбнулась.
А ведь скоро с этими ухажерами будет жуткий дефицит. Знание будущего не дает мне расслабиться. Достаю из рюкзака слегка помятые персики и виноград, собранные у тетки в саду, и вручаю сестре.
— На, мой. Я пока в душ схожу.
Закидываю рюкзак в комнату и иду мыться.
Ванна у нас маленькая, полтора на полтора метра, раздельный туалет, квартира — трехкомнатная малогабаритка. Самая большая комната, где спит мама, пятнадцать метров. У меня десять, у Светика чуть больше. Еще у нас живет кот Арчик — сплошное недоразумение, а не кот! С момента, когда ему в девять месяцев отрезали яйца, мне кажется, что он обиделся и поставил окружающий мир в игнор. Вся его жизнь свелась теперь к еде и сну.
Залезаю в ванну и пытаюсь с переменным успехом настроить душ.






