ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Безволосый, с бородой, облачён в зелёный балахон. Когда-то он был среди первых, теперь — среди последних. Он дерзал мериться силами с лучшими, знал и триумфы, и провалы, но так и не исчез. Он внушает страх и ненависть, однако даже недруги говорят о нём с почтением. Сейчас его удел — бродить по лесу, держа в руке серп. Он знахарь. Читать дальше Травник Сергей Мусаниф Безволосый, с бородой, облачён в зелёный балахон. Когда-то он был среди первых, теперь — среди последних. Он дерзал мериться силами с лучшими, знал и триумфы, и провалы, но так и не исчез. Он внушает страх и ненависть, однако даже недруги говорят о нём с почтением. Сейчас его удел — бродить по лесу, держа в руке серп. Он знахарь. ==================== Глава 1 Глава 1 Стражник внушал. Он был высоченный, как шкаф, и такой же широкий в плечах. Чисто вымыт (это было легко определить, потому что от него пахло мылом), гладко выбрит, кольчуга сверкает, сапоги начищены, лезвие алебарды сияло так, что ее можно было использовать как зеркало. Выражение лица у парня было, как и положено, молодцевато-придурковатое, какое часто бывает у лиц, не особо обезображенных интеллектом, ну так он и не черный вход в опочивальню королевской любовницы охранял. Послышался легкий треск, запах мыла смешался с запахом озона, предшествующего открытию прохода между мирами, и мгновение спустя ноги путешественника уже ступили на портальный камень. Путешественник был среднего роста, а плотность его телосложения было сложно определить, потому что он

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Возможно ли, что физрук один на все миры, а Виталики есть в каждом? Любопытный феномен, подумал Магистр.

С учетом остановки, к монастырю они добрались за несколько часов до полудня.

Женский оказался не таким внушительным, как мужской. Тут и стены пониже, и строений поменьше, зато местность вокруг была куда более живописной, а вокруг, прямо под стенами, были разбиты многочисленные грядки, на которых возились послушницы что-то окучивая или пропалывая. Магистр никогда не любил вдаваться в эти огородные подробности.

— Эй, сестричка, — обратился брат Виталий к одной из монахинь. — Позови-как сюда мать-настоятельницу, у нас дело к ней есть.

— Никак, брат Виталий к нам пожаловал? А кто это с тобой и почему он в мирском?

— Послушник наш новый, еще не успели переодеть, — сказал брат Виталий. — Будь добра, метнись уже за Агафьей Палной, дело наше промедления не ждет.

— Мельницы Господни мелют медленно, — сказала монахиня.

— Но время человеческое бывает крайне ограниченно, — отрезал брат Виталий, не желая вступать в теологический диспут. — Иди уже, а?

Монахиня неторопливо удалилась за ворота, всем своим видом демонстрируя, что спешить ей некуда.

Магистр с братом Виталием спешились. Монах похлопал своего тяжеловоза по шее.

— Зову его Мотыльком, — сказал он с гордостью в голосе. — И твою как звать?

— Плотва, — сказал Магистр.

— Почему Плотва?

— А почему Мотылек?

— И то верно, — согласился брат Виталий.

Монахини не побросали свои дела, но замедлили движения. Было очевидно, что они прислушиваются к разговору.

— Сам себе обед не вырастишь, так никто тебя не прокормит, — сказал брат Виталий. — Земля-то у нас плодородная, только вот возделывать ее уже почти некому из-за постоянных княжеских междоусобиц. Вот давеча князь Грозовой род Пламеневых истребил, так нет бы только благородных перебить, мужикам, что встали на защиту, тоже досталось.

— Тут уж кому какая судьбина дадена, — сказал Магистр и поморщился. Автопереводчик периодически подглючивал и выдавал такие перлы. Сказывалось отсутствие порядка в уже сформировавшемся инфополе планеты.

Настоятельница женского монастыря Агафья Павловна оказалась шустрой старушкой, возраст которой можно было с равным успехом определить и как семьдесят лет, и как двести. Достигнув определенного предела, такие старушки перестают меняться, лишь со временем усыхая в размерах, но поскольку первоначальный ее размер был Магистру неизвестен, определить точные цифры он не мог.

— Доброго дня, брат Виталий. И вам, мил человек, — сказала она. — Лицо ваше кажется мне знакомым. Мы встречались?

— Не знаю, — сказал Магистр.

— Отойдем в сторонку, подальше от любопытных ушей, — предложил брат Виталий.

— У меня от сестер секретов нет.

— У меня есть, — сказал брат Виталий.