ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

На пороге перелома эпох организация, ведающая ткань времени, подправляет ключевую постоянную — и обычный парень без работы и связей оказывается в другой эпохе. Ни наследственных способностей, ни средств, ни смартфона в рабочем состоянии. Ничего. Плюс лишь лёгкая переделка организма. Вадбольский Юрий Никитин На пороге перелома эпох организация, ведающая ткань времени, подправляет ключевую постоянную — и обычный парень без работы и связей оказывается в другой эпохе. Ни наследственных способностей, ни средств, ни смартфона в рабочем состоянии. Ничего. Плюс лишь лёгкая переделка организма. ==================== Часть первая Глава 1 Часть первая Глава 1 Могучие дубы с растопыренными толстыми ветками степенно плывут навстречу по обе стороны узкой дорожки парка. Раскидистые, огромные и с чудовищно толстыми стволами, былинная мощь. Но, на мой взгляд, дизайнеры перестарались, больше подошли бы стройные веселые березки. Хотя всё же молодцы, за сутки превратили пустырь в роскошный, по их мнению, парк для бега и спортивных, как написали в отчёте, развлечений. Уверен, это вчерашние менеджеры, которых уволили ввиду автоматизации, сейчас все стали дизайнерами, инфлюенсерами и кастомизаторами. Да и кому нужен дурацкий бег, когда наконец-то можно жрать от пуза и с помощью нанитов оставаться в красивом подтянутом теле? На бегу чуть не сбился с шага, над верхушками деревьев небо полыхнуло зловеще-фиолетовым. На кратчайший миг стало немыслимо чёрным, остро блеснули мириады звезд, словно все галак

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Лес простой, деревья как будто растут сами по себе десятки лет, а не две-три недели, как те за красавцы спиной…

Бегать не люблю, дурацкое занятие, но бегать надо, иначе снимают очки репутации, сейчас даже наддал, надо поскорее разобраться с этим непотребством, хотя приходится прыгать через упавшие деревья, то и вовсе огибать картинные такие буреломы, недостает только медведицы с тремя медвежатами и подсматривающего за ними Шишкина с мольбертом.

Довольно быстро выскочил на тропинку, даже на так называемую проселочную дорогу, вот следы от колес, но не простые, а такие узкие, как будто от телеги. По телу пробежал предостерегающий холод, мягкий голос в черепе неслышно произнес, что в составе воздуха повысилась доля кислорода на ноль целых семь десятых процента, а вот уровень азота упал…

А где институт, подумал тупенько. Зашитый в кору черепа имплант с готовностью сообщил, что вообще нет присутствия высоких технологий. Исчезла не только Всемирная Сеть, но даже ближайшее электричество находится в верхних слоях атмосферы сорок километров к северу.

Я в растерянности остановился. Такое в последний раз видел только в далеком детстве, когда ездил в гости к бабушке. Деревень, правда, тогда уже не было, бабушка в модерновом коттеджном поселке, но за его оградкой примерно такой же лес и оттуда такая же дорога.

— У-у гады, — сказал я нервно, — порвали пространство?

Это был не вопрос, а предположение, но из глубины черепа прозвучало подтверждение виртуального помощника, что много лет звучал из мобильника, а когда эра носимых гаджетов перешла в эру встроенных гаджетов, переместился в пластину зеттафлопника, так называемого ИИ, что на самом деле ещё никакой не ИИ, но нам хочется называть так, приятно, что это ИИ в услужении, а не мы у него, он вроде бы будет за нас делать всё-всё, а мы только играть, а то и вовсе играться.

Пластина с ним умело упрятана под толстой лобовой костью, где та соединяется с теменной, добавочная защита, если вдруг упаду с дерева на макушку, хотя чего вдруг полезу на дерево?

Это что же, мелькнула мысль, те умники сдвинули Пространство? Ну за такое им влетит… А мне что делать, если тут незнакомый кусок леса? И вдруг вообще среди тайги, у нас ещё хватает вполне диких и необжитых мест.

Похоже, нужно вниз и вниз, там обязательно ручей, потом ещё вниз. И, может быть не сегодня, но наткнусь на поселение, люди скапливаются на берегах рек…

— Надо же, — сказал я с тоской. — Я что, в каменном веке?

Зеттафлопник, который я ещё со времен колонок называю Алисой, сообщил милым щебечущим голосом, что, судя по отпечаткам колес, я в диапазоне от середины первого тысячелетия до новой эры до середины первого тысячелетия нашего времени.