— Хам!
— Сюзанна, — сказал я всё ещё вздрагивающим голосом, — мы разве не соратники в борьбе за здоровое отношение к женщине и равенство полов?
Она посмотрела свысока, до сих пор удивляюсь, как это ей удаётся, я выше на полголовы.
— Вадбольский, — голос её прозвучал строго и в приказательной форме, — сейчас ты будешь мило улыбаться. Мы подойдём к хозяевам, поблагодари за прекрасный вечер… запомни, прекрасный!.. Или хочешь остаться надолго?
Я буркнул:
— Вроде бы я свой номер отработал.
— Какой номер?
— Как в цирке.
— Тогда ещё четверть часа походим вот так вместе, чтобы нас все увидели, ты мне говори любезности и раскланивайся, раскланивайся…
— С тобой?
— Дурень, со всеми, кто попадётся навстречу!
— А-а…
— Запомнил? Повторять не надо?
— Запомнил, — ответил я покорно. — Вечер прекрасный, и ты хороша, никогда бы не подумал. У тебя глаза, как у коровы, тоже большие, красивые и печальные…
Она дёрнулась, но решила не реагировать, лишь заметила ядовито:
— Хозяевам скажешь любезные слова и попрощаемся. Запомни, вечер прекрасный, общество замечательное, нам очень понравилось!
— А я вообще в восторге, — буркнул я и осмотрел пальцы, не осталось ли ссадин. Не осталось, так что да, вечер удался. Для Андропова тоже, а то и для Горчакова, кто знает, что у него за роль.
Она отступила на шаг, на умело подкрашенных губах светская улыбка, милая и насквозь фальшивая, но весь мир фальшив, на этом и держится, иначе бы все мы друг друга разорвали на части, увидев какие мы есть в натуре, не прикрытые пологом культуры, что призвана обуздывать наше звериное нутро.
Я стиснул челюсти и пошёл с нею рука об руку, да когда же научусь держать себя, таким нельзя показываться в свет, одни решат, что трясусь от страха, что такая вот сиволапая деревенщина вышел к приличным людям, другие подумают, что собираюсь что-то спереть.
А почему именно эти отвратительные драки, почему не вызвать меня на дуэль и не померяться уровнем ай-кью или на скоростное решение тензорных уравнений четвертого порядка?.. Так нет же, будто мы всё ещё в каменном веке. Ну и что, если костюмы научились шить по моде? Всё равно каменный век, а мы питекантропы.
Оглянулся, подумал вдруг, что и эти двое могли были… подосланными, на что намекнула даже Сюзанна. Тем же Андроповым. Проверяют мою реакцию и на такие вызовы.
Горчаков появился, как чертик из коробки, неожиданно и очень вовремя. Я посмотрел исподлобья, в душе всё ещё ярость, но спросил у него ровным голосом человека, у которого все эмоции под контролем:
— А вообще-то зачем эти смотрины? Присматривают Сюзанне нового жениха?
Он посмотрел весело:
— Не прикидывайся, ты уже начинаешь понимать, как устроена столичная жизнь.






