ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Что делать заурядному книжному червю из текущего века, если он очутился в беспощадной монархической России, где ещё и колдовство какое-то водится? Книжному червю как раз просто. Вадбольский – 2 Юрий Никитин Что делать заурядному книжному червю из текущего века, если он очутился в беспощадной монархической России, где ещё и колдовство какое-то водится? Книжному червю как раз просто. ==================== Часть первая Глава 1 Часть первая Глава 1 Тьма ударила с такой ощутимой силой, что в голове загудело. Оказывается, я чувствительнее мальчика со скрипкой. Мир пошатнулся, я растопырил руки, земля под ногами исчезла, долго-долго падал, внутри от ужаса всё сжалось в холодный ком. Но подошвы без удара уперлись в твёрдое так уверенно, что сразу со стыдом понял: никуда не падал, простой двухсекундный обморок, как бывает на быстро вертящейся карусели. Вместо черноты перед глазами мелькнула чёрно-белая картинка, а затем мир вспыхнул неприлично ярким цветом, как на карнавале. — Дрон, — велел я мысленно, — быстро общую картинку! Мышка выбралась из-под воротника камзола, привычно и уже без команды облеклась в стелс-форму, самой так безопаснее, оттолкнулась мягкими лапками и взмыла в воздух, растопырив кожистые крылья. Эта Синяя Щель из которой не возвращаются, на первый взгляд такая же, как и та, первая, где мы побывали в героическом для суфражисток рейде. И ничего в ней синего, здесь так классифицируют по уровню сложности. Предыдущие как бы вовсе бесцветные, а у этой какая-то градация. Д

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

На ночь снова в облике Джамала съездил в Щель Дьявола, дрон мониторил все окрестности, я был готов убраться в любой момент, что-то сегодня тревожно было, но обошлось, а к утру набил ньясазавров полный кузов, они все килограммов по пятьдесят, ростом мне по грудь, длиной в три метра, очень хорошо поместились в кузове.

Правда, ещё завалил и дилофозавра, самого красивого на мой взгляд из динозавров, а то и вообще из животных, его пришлось с разными ухищрениями загрузить первым, он длиной в семь метров, хвост всё равно будет волочиться за автомобилем, а вес где-то килограмм под триста.

Тадэуш пришел в восторг, увидев разноцветный воротник с обеих сторон головы чудовищного ящера.

— Ваша светлость, он что, из самоцветов?

— Похоже, — согласился я. — У нас на Кавказе такие не вводятся, а жаль. Аллах бы одобрил таких красавцев.

— Даже продавать такого жалко!

Я ухмыльнулся. Красота — она и в Санкт-Петербурге красота. Чтоб её чувствовать, не обязательно заканчивать художественные институты и училища изящных искусств.

Тадэуш гнал автомобиль быстро и уже хорошо запомнив дорогу к Анрылу со всеми её поворотами, спусками и рытвинами.

Сам Анрыл вышел, когда я постучал в ворота ногой, охнул, увидев свисающий на землю хвост дилофозавра, торопливо распахнул створки и махнул Тадэушу, чтобы сразу проезжал вовнутрь до двери склада.

— Привет, Мизгирь, — сказал я, покидав автомобиль. — Ты знаешь, что на языке моих предков означает твое имя?

Он буркнул:

— То же, что и на моем. Что привез?.. Да, сразу, чтоб не забыл, тут поступил очень выгодный заказ, проводить в Щель Дьявола и защитить там одного чудака, хочет увидеть одного зверя, чем-то ценного для науки… но здоровенного, туша в шесть-семь саженей в длину.

— Там таких много, — заметил я. — Одних архозавров Аллах создал сотни видов.

В его глазах мелькнуло изумление, дескать, откуда такие клички, потом хлопнул себя ладонью по лбу.

— Ты что, тоже учёный?

— Аллах очень их чтит, — сообщил я. — Ученье свет, неученье — Россия.

Он поморщился от такого выпада, вытащил из кармана сложенный ввосьмеро большой лист бумаги.

— Вот передал. Не думал, что пригодится.

Я взял, посмотрел. Почерк быстрый, нервный, этот человек вынужден писать много, но очень этого не любит. И приблизительный рисунок.

— Знаю такого, — сообщил я. — Тварь травоядная, хотя травы там ещё нет. Точнее, растительноядная. Аллах милостив, всем даёт место на земле.

Он сказал хитро:

— Значит, не опасная?

Я сдвинул плечами.

— Попробуй подойди к гусаку, петуху или быку на воле там, где считают своей кормовой базой!

— Понял, — ответил он. — Что ответить?

— Откуда я знаю, — спросил я высокомерно. — Сказали, сколько платят?

— Предлагает двадцать тысяч, — сообщил он. — За один рейд! Какие деньжищи!

Я покачал головой.