ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Триша собирает букеты, варит кофе и ведет хозяйство в «Кофейной гуще». Утро начинается с гостей: сероглазая Меламори и ее спутник. Они ищут пристанище, и Триша была бы рада, если б они задержались подольше. Но есть у них секреты на двоих, и главный из них — какой-то Джуффин, из-за которого даже невозмутимый Макс нервничает. Триша умирает от любопытства, но Франк лишь загадочно улыбается. Вечером тот самый Джуффин, в роскошном тюрбане и серебристом плаще, переступает порог кофейни. Оказывается, он сочинил Макса, тот когда-то попытался вернуться в Ехо и чуть не уничтожил город. Теперь Джуффин предлагает ему просто дружить. Или все же расскажет за ужином историю — о временах, когда он был наемным убийцей и возглавил Тайный Сыск? Триша уже предвкушает, а песочные часы перевернуты.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но говорю, потому что больше никто тебе это не скажет. И даже Франк, боюсь, промолчит, поскольку, в отличие от меня, вовсе не обязан баловать тебя хорошими новостями. Может, да, но — не обязан. А говорить с тобой о важных вещах — та еще работенка. Итак, запомни, пожалуйста: сбывшихся жизней может быть так же бесконечно много, как и несбывшихся. И даже больше — если, конечно, к бесконечности применимы определения "больше — меньше". Это и есть формула бессмертия, Макс. Твоя, персональная. Не уверен, что она еще кому-нибудь сгодится. Хотя…

— И что мне с нею делать? К какому месту прикладывать, чтобы проняло? Потому что пока вроде не пронимает. Уж извините.

— Когда ты был маленький… — вкрадчиво начинает Джуффин.

— Что сомнительно. Как я мог быть маленьким?

— Не занимайся ерундой. Если ты помнишь свое детство, значит, оно у тебя было, а все остальное — бесполезная философия. А если в один прекрасный день вместо одного детства ты вспомнишь два или три — тем лучше. От богатства, которое само в руки идет, не отказываются. Так вот, когда ты был маленький, твои родители подарили тебе коньки. Но купили их на вырост, размера на два или три больше, чем требовалось. Помнишь такой эпизод?

— Помню. И что? Хотите сказать, что этот ваш подарок тоже на вырост ?

— Совершенно верно. Но — стоп, это важно! Помнишь, как ты поступил с коньками? Неужели спрятал в шкаф до лучших времен?

Макс невольно улыбается, тронутый воспоминанием.

— Ага, как же. Надел три пары толстых носков и гонял как ненормальный на следующий же день. Подумаешь — три размера!.. А на следующую зиму хватило и одной пары. Все-таки я быстро рос.

— Ну вот, с моим подарком следует поступать точно так же. Он, конечно, на вырост , ты очень правильно все понял. Но пылиться в шкафу он не должен. Начинай пользоваться прямо сейчас. Впрочем, ты уже давно им пользуешься. Мне хотелось только обратить твое внимание на этот факт. Чтобы ты продолжал в том же духе, но осознанно… И вот что. Кончай со мной воевать, а? Занятие увлекательное, не спорю, да толку от него — чуть. Война — не твоя специализация.

— Если истории на сегодня закончены, я, пожалуй, уберу часы, — говорит Франк. — Спорить вы и без них можете, правда? Хотя было бы о чем спорить…

— Им надо, — объясняет ему Меламори. — Очень надо. Так бывает, когда люди плохо расстались, а потом долго не виделись. Я знаю.

— Мы не «плохо» расстались, — мрачно говорит Макс, уставившись в свою кружку. — Нормально. С учетом обстоятельств — так и вовсе распрекрасно.

Франк качает головой, ухмыляется, но часы пока не трогает. Триша почему-то рада этому обстоятельству. Она чувствует: то самое «важное», которое начало происходить — оно еще не закончилось, а может быть, так толком и не началось. Что-то решается сейчас, но вот что?

Этого Триша не знает.