Имена у домашних, а я сам по себе.
— Разве так бывает?
— Все бывает. И жук свистит, и бык летает.
— Дело в том, что Орден Стражи настоятельно просил доставить вас…
Я не понял в какой момент что поменялось. Что-то сверкнуло и меня отбросило к стене. Твою ж за ногу!
?
— Дело в том, что… жители и продавцы жалуются на шум.
— Так что ж мне делать, коли выть хочется? Из дома меня выгнали, идти некуда, вот и забился сюда. Сижу, бывает, подвываю, или скрестись начну.
— Так почему бы новый дом не найти?
— Вынь да положь мне новый дом. Может, мил человек, к себе пригласишь?
Я уже хотел ответить категорическим отказом. Вот только справа подсветилось поручение.
Бродячий домовой ( вариативно )
Вердикт: Отлов и доставка в местное отделение Ордена Стражи в течение 24 часов.
Цена: 25 г.
Вердикт: Избавление обывателей от домового в течение 24 часов.
Цена: 15 г.
Так, получается необязательно нести его к Стражам? Но как-то вытащить отсюда надо. Силовой вариант и вовсе не вариант. Потому что домовой очень непростой, как оказалось. Значит, надо выманить его отсюда исключительно силой убеждения.
— А если приглашу, какой мне с этого толк?
— Дом без домового, что стол без каравая, — оживилось существо. Мне даже показалось, что голос стал не таким скрипучим и отталкивающим, — подсобить что где, сготовить, прибрать. Опять же, никакой тать к тебе не залезет, коли я на дворе.
— Ну двора никакого у меня нет, допустим. Однушка.
— Хрущевка, сталинка?
— Ленинградка. Ну или близко к этому.
— Ну что ж, годится, — вздохнул домовой, — теперича только дело за тобой.
Я задумался. Не зря, наверное, столько поверий об этих существах. Раньше считалось, что если в домах нет домового, быть беде. И переманивали их, и с собой забирали при переездах. Естественно, я раньше все это считал суевериями. Теперь же выяснилось, что многое из этого правда.
— Ладно, пойдем ко мне жить. Только как я к тебе обращаться буду?
+25 единиц Кармы. Текущий уровень — 65. Вы тяготеете к Тьме.
Мохнатое существо спрыгнуло с холодильной установки, дошло до меня и протянуло крохотную ручку.
— Есть у меня имя, для близкого круга. Несколько веков только Лаптем и кличут.
— Здорово, Лапоть. Я Серега. Ну идем сюда, вынесу, чтобы вопросов лишних не было.
Откинул подол куртки, ожидая кучу возражений, но домовой легко прыгнул ко мне на руки. Запахнул верхнюю одежду и направился к двери.
— Тамара Васильевна.
— Да. Уже? Что там?
— Крот к вам заполз. Черт знает, как попал. А выбраться не мог. Вот, видимо, и голосил, царапался.
— Разве кроты кричат?
— Тут припрет и не так завоешь, — повторил я недавние слова.
— А он… там?, — указала она толстым, плохо накрашенным пальцем на оттопырившуюся куртку.
— Там.
— Вы его…
— Нет, он сам, сдох. Заполз в угол. От обезвоживания, наверное. Странно, что ваши его не увидели.






