Вручил ему свои тезисы и проект совместной резолюции, аккуратно намекнув, что документ неплохо бы принять и подписать. А саму встречу предложил считать формально состоявшейся.
Мелкий начальник обещать ничего не смог, зато идею не заниматься ерундой — вроде ненужного сейчас собрания — одобрил. Всем тут явно не до политики: людям неясно, что завтра будет с их должностями.
Купил газеты — и там минимум информации. Зато про ГДР и Берлинскую стену пишут целыми полосами. Будто у них в стране ничего особенного не произошло. Ну, подумаешь, одного генсека сменил другой. И неважно, что тот, кого сменили, тридцать пять лет отишачил на посту.
По возвращении в гостишку мне снова сообщили, что меня навещала дамочка. И опять не дождалась. Странная настойчивость… А может, это и не Стиляна вовсе?
— Толя, ты вернулся! Вчера тебя не было, утром пришла — уже нет, к обеду заглянула — опять нет, — вдруг услышал я за спиной до боли знакомый голос с акцентом.
Осторожно, чтобы не спугнуть видение, разворачиваюсь — и вижу перед собой… Марту.
Вид у неё и правда был «импортный». Яркий такой, хотя одежды самый минимум: сарафан, босоножки да шляпка. У нас тут плюс двадцать — вполне летняя погода.
— Марта?.. Ты ли это? — выдыхаю я. — Дай-ка потрогаю… а то вдруг мираж.
В следующие минуты я самым тщательным образом обследовал путешественницу, обнимая и прижимая к себе хохочущую подругу. Сомнений не осталось — Марта.
Ха, сейчас в гостиничном номере ещё более детальное обследование проведу…
— Ты чего записку вчера не оставила⁈ И предупредить могла бы, что собираешься в Болгарию, — возмущался я в номере, уже отдышавшись от поцелуев и прочего.
— Я оставила вашему старшему. Я же знаю порядок! Я почти советская! — с гордостью заявила Марта.
— Вот Кузнецов, зараза! Значит, специально записку не отдал! Ну я ему… — начал было заводиться я.
Но договорить не успел: Марта снова обвила меня руками и ногами, и злость тут же исчезла.
Оказалось, Марта прилетела всего на три дня — и уже завтра, сразу после моего боя, улетает обратно в Англию. В Болгарию, как ни крути, ей попасть проще, чем в Советский Союз.
Блин… бой же завтра. Силы бы поберечь, а то с таким расходом энергии я буду не боксировать, а ползать по рингу — на радость «слабаку» Младенову.
— Тебе сегодня лучше ночевать у себя, — вздыхаю я. — У меня с утра бой. Так что давай, рассказывай: как там у тебя дела? Учёба, где живёшь и прочее.
— Наш колледж…
— Стоп! — перебил я. — Ты же в Оксфорде, разве нет?
Оказалось, Оксфорд — университет коллегиальный. То есть состоит из множества независимых колледжей, а студенты одновременно являются членами и университета, и своего колледжа.
Живёт моя подружка в одноместном номере. После второго курса, говорит, возможно, будет снимать квартиру в городе.






