ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Почти полтора месяца до 90-го года. Штыбе всё чаще вынужден прибегать к силе — как физической, так и политической. Время бить первым Дмитрий Почти полтора месяца до 90-го года. Штыбе всё чаще вынужден прибегать к силе — как физической, так и политической. ==================== Глава 1 Глава 1 Глава 1 Моя первая служебная командировка в Румынию подходила к концу, а главного так и не случилось. С Еленой Чаушеску я не встретился, а значит, свою умную мысль насчёт охраны до адресата не донёс. Нет, нельзя сказать, что полный игнор. Раиса Максимовна Горбачёва, как и обещала, известила румынскую сторону по своим каналам. Поэтому из свиты мадам Чаушеску ко мне в гостиницу всё-таки заглянула одна тётка. Мы даже успели обсудить длину шубки, мех, фасон и прочие жизненно важные для мировой политики вопросы. Но на этом, по большому счёту, всё и закончилось. Румыны, прикинув масштаб моей фигуры, решили, что я величина слишком мелкая и общение с самими… мне не по чину. В итоге — только помощница. Причём кто она такая, какую должность занимает и за что конкретно отвечает, я так и не понял. Зато по рабочим делам всё сложилось более-менее удачно. Если честно, заслуга тут была не столько моя, сколько Оксаны и её ухажёра — встреча с которым состоялась накануне моего отлёта. Вот уж не ожидал, что военные могут быть такими… собственниками в любви. Чуть ли не с порога подполковник обозначил свои… как бы это выразиться поточнее — матримониальные притязания на мою подчинённую. Меня, впрочем, за серьёз

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Через секунду появляется голова председателя, вся в мазуте. — Ты чего хотел-то?

— Ищу в аренду боксик. Деньги есть. Сам — спокойный, без проблем, — торопливо объясняю я, не принимая маты на свой счёт. Видно же, что не мне и вообще не кому-то конкретному они адресованы — просто для связки слов.

— Та-а-ак…

Ноги окончательно вылезают из-под машины, и я сразу понимаю, что нормальной ямы в гараже нет. А значит, и в моём будущем боксе её, скорее всего, тоже не будет. Максимум — что-то вроде погреба.

Впрочем, не беда. На улице я видел две эстакады, и под одной из них — парочку интеллигентов, которые почти даже не матерились. Столица всё же. Культура!

Да и я сам не из тех, кто любит проводить время под машиной с фонариком во рту. Если уж вдруг что — заплачу спецам. Тем более новая немецкая тачка априори ломаться не должна.

— Машина, говоришь? Молодой какой, а уже с машиной. Запорожец? — ухмыляется дядя и, вытерев руки о видавшую виды тряпку, протягивает пятерню.

Жму. Фигли морду морщить? Передавил — специально. Будет он мне тут проверки устраивать!

— Машина импортная. Ещё не купил, в процессе.

— Ох, впарят тебе какой-нибудь хлам… но дело твоё. Есть тут один бокс под сдачу. Цену могу узнать. А что за машина-то?

Мнусь. А чего скрывать — всё равно ведь увидят. Тем более мужик улыбается, руку подал. Теперь вот маслом вонять буду — зато уважение.

— Немецкая. «Ауди». Новая.

— Пиз…шь! — дядька выражается ёмко, хоть и без цензуры, и смотрит уже не добродушно, а настороженно.

По комплекции мы с ним примерно одинаковые, но руки у него такие… не для скуки. Лет сорок-пятьдесят. Сразу видно — мужик суровый.

— Я ведь спортсмен, боксёр. Призовые есть, чё б не взять… — действительно пиз@ю я. — Вон, магазин на Сиреневой работает.

Кстати, реально припомнил «Берёзку» возле своего института. Сам я туда пока ни разу не заходил — всё некогда. Говорят, сейчас там уже не так жирно, как раньше, товара поменьше, но кое-что всё же есть. Я в другой был недавно, на Большой Дорогомиловской. Но, конечно, новья авторынка ФРГ ни в какой «Берёзке» не купишь.

— Ну-ну… Дорогая, поди? А если вскроют гараж? «Берегись автомобиля» смотрел?

— Тут гараж не поднять — кирпич же. Да и охрана у вас есть.

— Сторож только. И бухают они, — хмыкает дядя. — Я бы не советовал дорогую машину тут ставить. Кооператив у нас, конечно, хороший, но под аренду сейчас только один гараж — и тот в дальнем конце. А там не тупик, и забор сетка. Всё собираемся глухой поставить, да руки не доходят.

Тут я задумался. А ведь в самом деле…

— Бл@… — слово вылетело само собой, и председатель, признав во мне собрата-матерщинника, вдруг предложил дельное:

— Милиция есть на Новочерёмушкинской, шестьдесят пять. У них забор каменный. Поговори, чтоб ставить.