ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Михаил Карпов, литератор, теперь обосновался в Союзе. Власть его жалует, уважение окружающих огромно. Только он не питает иллюзий: родина любит не вечно. Сейчас ты живёшь припеваючи, а что случится завтра? Этого не ведает никто, даже человек, явившийся из будущего. 1972. Родина Евгений Щепетнов Михаил Карпов, литератор, теперь обосновался в Союзе. Власть его жалует, уважение окружающих огромно. Только он не питает иллюзий: родина любит не вечно. Сейчас ты живёшь припеваючи, а что случится завтра? Этого не ведает никто, даже человек, явившийся из будущего. ==================== Глава 1. Глава 1. — Аносов готов служить. Если только ему доверяют. Если вы гарантируете, что никаких проблем по известным обстоятельствам не будет. Он все еще доверяет вашему слову… – Карпов, ну я же тебе сказал — это был эксцесс исполнителя! — досадливо поморщился Семичастный – Я не отдавал приказа на захват! Виновные в этом инциденте понесут наказание! И уже понесли! – Виновные? – я скривил губы – Или виновный? Эти-то ребята причем? Из группы захвата! Кстати сказать, они профессионально вели нас, да так, что мы и не заметили слежки. А то, что не смогли взять Аносова…так куда им до него? Щенята против волкодава! Семичастный усмехнулся, будто что-то вспомнил, но тут же сбросил улыбку и посерьезнел: — Он может найти кого-то из своей старой группы? — Уже нашел. Троих. Остальных надо разыскивать по архивам, они выпали из поля зрения. Но эти трое — основные, его личная группа. Были еще двое, но…погибли. Слу

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я как-то попытался узнать у Ольги – о чем они с ней разговаривают и что обсуждают (может меня?), но та технично ушла от ответа, мол, это женские дела, мне совершенно не интересные. Что проку мне, если я узнаю их бабские сплетни? Какие такие сплетни, рассказать тоже не захотела, только вкратце сказала, что она, Ольга, рассказывает о своей жизни, Настя вспоминает истории из своей, и вообще – Настя ведьей рассказала, не мне, и как можно пересказывать доверенную тебе одной информацию, рассказывать о ней начальству? Коим для них обеих являюсь в настоящий момент я собственной персоной. И не будет ли это наушничествои и стукачеством?

В общем – я от нее отстал. Если бы было что-то на самом деле важное – скорее всего она бы мне сказала. А если они и обсуждают мужчин, которых они имели…или которые их имели? Неважно… В общем – если разговор даже обо мне – да мне плевать. Пусть обсуждают. Мне нечего стесняться, и в постели – тоже. Если и не размеров негра из порнофильма, то не посрамлю род Карповых – это на сто процентов.

Вот так теперь и живем – втроем, не муж и жены, и не совсем начальник и подчиненные. С утра ездим на студию звукозаписи, потом домой, и…я пишу книгу. Вернее – диктую. Два часа в день на книгу – это много. Как минимум половину авторского листа за день – как нечего делать. Завидуйте, хейтеры будущего! Писайте кипятком, кидайтесь прошлогодним дерьмом! Да, я умею писать быстро и хорошо.

****

Этим утром я проснулся с ощущением праздника. Двадцатое апреля 1972 года, четверг. Весь народ страны в поте лица зарабатывает свой кусок хлеба (время десять часов утра!), а я валюсь на кровати, потягиваюсь и смотрю в окно. Кстати, пора бы уже и кондиционеры поставить – на кухню и в спальню. Скоро жара начнется. Конечно, в высотке это не так заметно, стены толстые, но…привык я к холоду во время жары и своим привычкам изменять на намерен. А на улице уже двадцать градусов! Теплынь! Солнце! Травка зеленеет! Ночью еще холодно, да, но днем уже просто лето.

Через два дня, двадцать второго апреля, в день рождения Ленина, мне будут вручать знак лауреата Ленинской премии. И на книжке Сберегательной кассы у меня прибавится еще десять штук денег. Это неплохо, хотя денег у меня и без того – куры не клюют. Миллион с чем-то там на книжке Сберкассы, и еще столько же (или даже побольше) – «чеками» Внешпосылторга. За эти чеки можно покупать в сети магазинов «Березка», и кстати сказать – есть у меня такая мыслЯ – надо спихнуть чеки по любой разумной цене. Если все пойдет так, как планируется – скоро этими самыми чеками можно будет растапливать печи. Исчезнут «Березки», как исчезли они в моем времени, в моем мире. Эти магазины могут существовать только в условиях тотального дефицита. А когда каждый может купить все, что угодно…ну, тут понятно.