ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Пора вернуться туда, где ты остановился. Инфер-10 Дем Михайлов Пора вернуться туда, где ты остановился. ==================== Глава 1 Глава 1 Дем Михайлов Цикл: Инфериор Книга десятая Исправленная версия Глава первая Вонь бессмертия. Да. Именно она. Вонь именно этого статуса, этого состояния, столь неестественного для всего живого, обязанного иметь свой лимит бытия — вот чем вдруг завоняло вокруг меня. Бессмертие. Именно вонь этого состояния, способного разложить на атомы и аннигилировать любую силу воли, я внезапно ощутил и не сразу опознал, хотя прежде не раз сталкивался с тусклым отблеском этой хрени, поблескивающей в чужих богатых глазах. И эта сладкая, подлая вонь бессмертия исходила от моей собственной задницы, отлично смешиваясь с выходящим оттуда же дерьмом, пока я сидел на корточках на краю крыши наполовину затопленной высотки, откуда открывался прекрасный вид на утонувший город, и тужился, старательно исторгая из себя переваренные останки вчера пойманной и тогда же жадно сожранной рыбы. И виноват во внезапно окутавшей меня и существующей лишь в моем сознании вони был разрушенный затопленный город. Просто я узнал этот город. Опознал его очертания. Пока я сидел на краю крыши и смотрел вниз, удобряя корни опасно склонившейся над бездной пальмы, глаза лениво скользили по некогда урбанистической панораме, и в какой-то момент ломанные линии, образованные руинированными зданиями, сложились в привыкшем делать наброски полевых карт мозгу определенным образом, после чего прозв

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Двигаясь вот так неспеша, я в голове — и только в голове — выстраивал будущий маршрут на ближайшие сотни километров, одновременно прикидывая способы их преодоления. Кое-что уже начало вырисовываться, и я как раз с задумчивой скорбью рассматривал очередной почти сломавшийся шест, когда до меня донесся знакомый тарахтящий звук — так на низких оборотах работает собранный из всякого говна, разлаженный движок внутреннего сгорания. На воде трудно понять, откуда идет звук, и я решил не играть в угадайку, предпочтя схватиться за одну из свисающих до воды лиан и толчком направить плот в один из темных проломов в стене затопленной высотки.

Попасть внутрь оказалось легко. Плот без малейших трудностей вошел в обрамленный свисающей растительностью проем, нигде не зацепившись, ни на что не наткнувшись. И эта легкость мгновенно насторожила меня, заставила воткнуть шест в дно и навалиться на него всем телом, останавливая продвижение внутрь. Пока плавсредство замедлялось, а трещащий выгнувшийся шест думал, что ему делать — оскорбленно сломаться или обиженно выстоять, я заметил несколько старых спилов на матерых мангровых стволах, уловил взглядом свежие срезы на лианах и ветвях, а через секунду едва не поймал тупой холкой рухнувший сверху бетонный блок, размером с жопу бегемота.

Упавшая хрень лишь чуток задела гордый нос моего плота, выбив из него щепу и заставив брыкнуть задницей, отчего я едва не совершил полет вместе со своими пожитками. Плот закачало на поднятой волне, в воду с лязгом уходила толстая ржавая цепь, и до того, как она натянулась, я уже сидел на стенном выступе, держа в одной руке рюкзак, а в другой ствол, направив его на единственного вроде как зрителя. В голове со щелчками отсчитывались секунды, стоящий на каменном шаре голый придурок ерзал жопой, стремясь убрать причиндалы с линии прицеливания, цепь дрожала в воде, плот плясал на успокаивающейся волне и… ничего больше не происходило. Я продолжал задумчиво молчать и целиться.

— Э-э-э-э-эй! — проблеял голый хреносос. — Это же не я!

Я все так же молча целился, прислушиваясь к нарастающему звуку разлаженного мотора и смотря, как плот прибивает к стене подо мной. Ну и оглядывался потихоньку, успев заметить замкнутость стен этого каменного мешка, куда подкрашенный зеленым свет попадал только сверху, с трудом пробиваясь сквозь выросшую на руинах шапку тропической растительности.

— Э-э-э-э-эй! Ты меня понимаешь, амиго? — хриплый голос хренососа попытался стать текуче-медовым, но дрожащая жопа сводила на нет все его потуги. — Это не я!

Я молча целился. Звук движка там, снаружи, заглох.

— Ну ладно… ладно, амиго! Это я! — признался упырок, нервно переступая мокрыми ступнями по склизкой бурой жиже на вершине шара. — Я дернул веревку, да.