Но стоило Куроку отъехать из холда — и на его ближайших сподвижников вновь наваливались сомнения. Несмотря на то, что все мелочи вроде бы были заранее продуманы и собраны в единую систему, разработанный план действий, если окинуть его взглядом целиком, казался безумной авантюрой! Хотя, возможно, нормальному человеку безумным кажется любой план, так или иначе связанный с большой политикой?
КУРОКО КАБУКИ, РОКСАНА РОДИКА
Бухарест, Румыния
Весенний ветер, радующийся, что удалось вырваться из тесного для него лабиринта улиц исторической части Бухареста, радостно шумел в голых ветвях деревьев Кароль-парка. Потоки воздуха несли за собой запахи речной воды, сырой земли и молодой зелени: трава, в отличие от родичей-исполинов, обременённых толстыми стволами и разветвлённой кроной, уже успела отреагировать на весеннее тепло и покрыть всё свободное пространство по обе стороны от мощённой каменной плиткой аллеи сплошным зелёным ковром. Куроку Родика-старшая заметила сразу же, как только добралась до привычного места встречи: могучая фигура Учителя у самого берега Дымбовицы чем-то напоминала маяк.
Здесь, вне холдов, суккуба не могла «услышать» мощного аккорда излучаемых мужчиной эмоций, каждый раз после длительного расставания в прямом смысле слова сбивающего с ног и заставляющего дрожать всем телом. Но даже тех отголосков, что проглядывали во властных спокойных движениях и позе, хватило, чтобы на секунду перехватило дыхание и часто-часто забилось сердце.
Роксана безумно любила Кабуки, но это была любовь дочери к отцу, преданного ученика к наставнику. Оскорбить такое чистое чувство низменными желаниями? Ни за что! Руке прекрасно помнила, какой она была до встречи с Куроку — хотя, честное слово, предпочла бы всё забыть. Помнила, сколько Учитель возился с ней, поднимая с самого дна и дав шанс начать всё заново, сделав той, кем она была сейчас, — а вот этого забывать она категорически не желала. Можно сказать, долг демонессы по отношению к теперешнему директору академии «Карасу Тенту» был неизмерим — но мужчина категорически неприемлел само понятие таких «долгов» и своё убеждение вдолбил-таки в голову подопечной. Кабуки собирал сподвижников строго на добровольной основе: только тех, кто сам был готов следовать за ним. Что ж, для того она сегодня и оказалась здесь.
Колоритный мужчина и очень красивая женщина встретились у самого среза воды: гладь несудоходной реки бороздили лишь наглые городские утки да редкие ветки, принесённые ленивым течением. Двое встречающихся обменялись лишь короткими кивками да парой общеупотребимых, ничего не значащих слов. Потом дама передала кавалеру стопку извлечённых из сумочки тонких ученических тетрадей да пачку сложенных вдвое машинописных листов.






