Когда девушка начинает рассказывать своему парню, как прекрасно у неё дома летом, обычно потом выясняется, что у парня уже есть билет в одну сторону и расписание мероприятий на ближайшие два месяца.
Флёр тихо рассмеялась.
— Неужели ты боишься?
— Я? Бояться? Франции? — искренне возмутился я. — Флёр, я вообще-то человек, который пережил столько всего, что перечислять это уже просто нескромно. А если верить слухам, которые в последнее время ходят по всей Британии, я вообще спас волшебный мир. Так что какой-то Францией меня точно не напугаешь.
— Тогда в чём проблема?
Я задумчиво посмотрел перед собой.
— Проблема в том, что ты говоришь это таким голосом, будто уже решила за меня, где именно я проведу лето.
— А разве это плохо?
— С точки зрения любого мужчины, который дорожит своей свободой, независимостью и правом самостоятельно выбирать место собственного временного заключения, это довольно тревожная перспектива.
Флёр снова рассмеялась и покачала головой.
— Ты невозможен.
— Зато последователен. Я очень серьёзно отношусь к своей независимости. Особенно когда речь идёт о поездке в другую страну по приглашению прекрасной вейлы, которая уже неоднократно доказала, что умеет добиваться желаемого весьма... убедительными методами.
— Значит, ты отказываешься?
Я тут же насторожился. Моя пятая точка мгновенно почувствовала приближение небольшой, но очень неприятной катастрофы. Более того, судя по ощущениям, я уже ходил по минному полю — причём без какой-либо защиты и с моей хреновой интуицией.
— Я не говорил «отказываюсь». Я сказал, что мне необходимо тщательно обдумать столь серьёзное решение. Такие вещи нельзя решать сгоряча. Нужно взвесить все за и против, оценить риски, обсудить всё с родителями и вообще как следует изучить вопрос, прежде чем принимать окончательное решение...
Флёр посмотрела на меня с лёгкой улыбкой, и я осёкся на полуслове. Она медленно приблизилась, положила голову мне на плечо и почти нежно провела кончиками ногтей по моей шее, отчего по спине тут же пробежали мурашки. Так... Это уже нечестный приём. Флёр чуть прижалась ко мне и тихо прошептала прямо возле самого уха:
— Mon cher barbare... ты ведь действительно хорошо всё обдумал, прежде чем решил так долго рассказывать мне о своей независимости? Я очень уважаю твоё стремление быть свободным и самостоятельным... правда. Просто иногда мне кажется, что тебе не хватает рядом человека, который помог бы правильно принимать такие важные решения. И, к счастью, я как раз могу тебе в этом помочь. Не волнуйся, я вовсе не собираюсь лишать тебя свободы... разве что немного помочь тебе правильно распорядиться ею этим летом.
В её голосе было столько мягкости и ласки, что любой другой, наверное, и не заподозрил бы подвоха.






