ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Раньше он не сумел стать сильнейшим в шахматах. Судьба дала ему вторую попытку. Теперь лишь его выбор определит, удастся ли добраться до высшей ступени шахматного Олимпа. Шах и мат Алим Тыналин Раньше он не сумел стать сильнейшим в шахматах. Судьба дала ему вторую попытку. Теперь лишь его выбор определит, удастся ли добраться до высшей ступени шахматного Олимпа. ==================== Глава 1. Невольная рокировка Глава 1. Невольная рокировка Грузовик летел на меня с огромной скоростью. Я успел толкнуть несносного мальчишку в спину. Ребенок улетел вперед, кубарем покатился по тротуару. Наверняка получит синяки и царапины, но это ничто по сравнению с тем, что могло быть. Что могло быть и не случилось. Вот только что теперь будет со мной? Ну, тут уже все понятно. Корпус грузовика неумолимо надвигался на меня. Визг тормозов. Рев сигнала. Я видел выпуклые круглые фары, отчаянно мигающие мне. Чтобы, значит, я ушел с дороги. Я бы с радостью, но только знал, что не успею. Слишком огромная скорость. Слишком мало времени. Слишком уж самоотверженный поступок я совершил. И теперь должен расплатиться за свою доброту. Как говорится, все в этом мире наказуемо. Время, как это часто у меня бывало во время шахматных матчей, сейчас тоже замедлилось. Растянулось, как моток резины. Вся жизнь мелькнула перед глазами. Вся моя бесцельно растраченная жизнь. Которую и потерять можно. Хорошо еще, что в самом конце хоть ребенка успел спасти. Единственное, о чем я сожалел, так это о турнире. О главном шахм

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Муж, дядя Вася, работал инженером. Жена, тетя Оля — повар. Оба упорно равнодушные к шахматам.

Из-за этого их равнодушия я и сам забросил красивые загадочные игрушки. Это была моя первая ошибка. Я прикасался к ним только время от времени. А надо было упорно учиться. Не отчаиваться и продолжать заниматься. Не обращать ни на кого внимания.

Армия, институт, работа на заводе. Гулянки с друзьями, девушки, веселое времяпровождение. Паралич конечностей у тети Оли. Уход дяди Васи из семьи. Присмотр за больной приемной матерью. Женитьба, скорый развод. Детей нет. Доска с шахматами все время пылилась в дальнем углу шкафа.

И только потом, после смерти тети Оли, в тридцать восемь лет, я словно очнулся. Снова вспомнил о шахматах.

Начал опять заниматься и изучать их. Сам, своими силами. Пошел в кружок, читал литературу. Играл с другими талантливыми ребятами.

Отчаянно больно осознавал, сколько много времени упущено. Если бы я упорно занимался с подростковых лет, то сейчас уже мог быть гроссмейстером. Это мне в один голос твердили все учителя.

— Впрочем, для тебя еще не все потеряно, — сказал мне один, Борис Николаевич Толстых. — Учись, работай, играй. Ты сможешь выстрелить, если захочешь.

Ага, как же. Это он утешал меня, безмозглого тупицу. Самые лучшие, самые плодотворные годы утеряны. Утеряны безвозвратно.

Хотя, я все еще пытался бултыхаться. Окунулся в шахматы с головой. Старался наверстать упущенное. За два года почти смог совершить невозможное.

Мне осталась еще пара турниров, чтобы выйти на финишную прямую к чемпионскому титулу в России. На мировое первенство я претендовать уже вряд ли смогу, но вот в пределах страны еще можно рискнуть.

Этот турнир проходил в Москве. В городе, где я почти не бывал. Чтобы поехать сюда, я копил деньги с зарплаты.

Накануне я уже выиграл две партии с соперником. Сегодня должна быть третья. Я не сомневался в победе.

Чтобы освежиться, вышел на улицу. На холодную ноябрьскую улицу. Вот тупица. Хотя, быть может, и не совсем, как знать.

Гостиница, где проходил турнир, располагалась в тихом местечке. Я прошел пару кварталов и оказался рядом с шумной магистралью.

Передо мной по тротуару шла женщина. Из-под капюшона выбивались пышные рыжие кудри. В коляске младенец, рядом малыш постарше. Торопливо семенил ножками.

Мать на ходу уставилась в телефон. И не заметила, как сынишка отстал, свернул на дорогу, побежал вперед. Прямо через бурлящий транспортный поток.

Она только успела оглянуться, а я уже оказался на дороге. Сам не знаю, как будто что-то толкнуло внутри. Подхватил мальчишку, бросил на обочину.

Оглянулся. И понял, что не успею спастись сам. Грузовик, отчаянно сигналя, оказался слишком близко. Вся жизнь промелькнула перед глазами.

Эх, успел подумать я, а ведь я еще мог стать чемпионом. Не судьба, значит.