ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Содержание — корабли, штурмующие галактики, и ангелы; наша планета и чужие миры; гибель и возрождение; искренность и обман; вопросы, которые задают дети, и ответы, что дают взрослые. В сухом остатке — весь круг тем, которые только заслуживают внимания. Седьмой Сергей Лукьяненко Содержание — корабли, штурмующие галактики, и ангелы; наша планета и чужие миры; гибель и возрождение; искренность и обман; вопросы, которые задают дети, и ответы, что дают взрослые. В сухом остатке — весь круг тем, которые только заслуживают внимания. ==================== Пролог Пролог …не все мы умрём, но все изменимся… 1Кор. 15:51 Пролог Юпитер сегодня гудел, как сломанная микроволновка в столовке на второй взлётке. Уровень радиации, конечно, был в тысячу миллионов раз выше. Я прям чувствовал, как яростно электроны и протоны колотят в броню «пчелы». Над правым бортом, от носового ракетного пилона и до кормового двигателя, по ячеистому титану то и дело пробегали разноцветные эльмики. Краем глаза я видел, что индикатор остаётся в зелёной зоне. И всё-таки сегодня патруль хотелось завершить побыстрее. — Боря, сколько набираем к концу зоны? — спросил я. Говорить с альтером вслух — это дурной тон и по-дитячьи, знаю. Но на патрулировании все пилоты общаются с альтерами голосом. И пусть голос пишется, а в любой момент скучающий диспетчер может включить прямую прослушку. Когда ты летишь над Юпитером, зажатый в пятидесяти тоннах металла и плазмы, лавируя в магнитосфере и пытаясь не поймать смертельную дозу ра

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но это не я, не моё тело. Это тот, старый, «земной» я. И сила тяжести — земная.

— Не клеится!

Я поднял взгляд.

Человека, сидящего напротив, я знал. Генерал-майор, с которым говорил в кабинете вскоре после появления ангелов. Только сейчас одетый не в форму, а в старую футболку с растянутым воротником и домашние брюки. Лицо у него раскраснелось, вспотело, он явно сердился, но вроде как не на меня.

На столе между нами стояла початая бутылка коньяка с надписью «Sanctum», пустые рюмки, блюдце с нарезанными дольками лимона, тарелка с ломтями колбасы и сыра, открытая банка с какими-то мелкими золотисто-чёрными рыбёшками в масле, нарезанный батон хлеба на пластиковой разделочной доске. Судя по пустым тарелкам и ложкам, мы недавно ели какой-то суп.

Пахло всё это замечательно! На базе много запахов, но они синтетические, будто яркие краски на серой металлической стене. Еда хоть и пахнет вкусно, но как-то не по-настоящему. Раньше-то я этого не понимал…

Здесь запахи были живыми. И даже необычные и резкие казались приятными. К тому же исчезло инопланетное зловоние, которым, казалось, пропахла даже кабина «пчелы».

А сидели мы на кухне. Я знаю, что такое кухня, я же смотрю кино. Эта кухня не выглядела так роскошно, как в некоторых фильмах, но и запущенной или неуютной тоже не казалась. Плита со стеклянной поверхностью, на которой стоит эмалированная кастрюля в цветочек, большой белый холодильник, на стене экран, показывающий диктора в студии, только звук выключен, висят ножи на магнитном держателе, на ручках шкафов — яркие полотенца… За окном темно, но горят фонари. Лето. Жарко.

— Что не клеится? — спросил «земной» я.

— Да ничего, Свят! Какие ангелы, прости Господи! Какие демоны! От той штуки, что торпедой в океан уронили, осколки отлетели. Амеры их подобрали, и наши раздобыли… Назвали «серый хрусталь». По структуре — аморфный алмаз.

— Это ещё что такое? — «земной» я потянулся и разлил коньяк в две рюмки. — Рома, у тебя что, нормальных бокалов нет?

Генерал отмахнулся.

— Не на приёме… Аморфный алмаз, Святик, очень хитрая штука. Углерод — он же разный бывает. Грифель в карандаше, уголь в печи, алмаз… Серый хрусталь — вроде как алмаз. Очень прочный. Но не хрупкий! И может быть гибким, понимаешь? А еще проводит ток… Короче — весь, целиком, как гигантская подвижная микросхема.

— И что?

— Мультики в детстве смотрел? — генерал усмехнулся. — Про всяких трансформеров и роботов? Вот эти «ангелы» гигантские, престолы и серафимы, они как машины. Могут менять форму, двигаться, очень прочные.

Мы подняли рюмки и выпили. Я чуть не выплюнул обжигающую жидкость, но сдержался. «Земной» я нахмурился.