ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Содержание — корабли, штурмующие галактики, и ангелы; наша планета и чужие миры; гибель и возрождение; искренность и обман; вопросы, которые задают дети, и ответы, что дают взрослые. В сухом остатке — весь круг тем, которые только заслуживают внимания. Седьмой Сергей Лукьяненко Содержание — корабли, штурмующие галактики, и ангелы; наша планета и чужие миры; гибель и возрождение; искренность и обман; вопросы, которые задают дети, и ответы, что дают взрослые. В сухом остатке — весь круг тем, которые только заслуживают внимания. ==================== Пролог Пролог …не все мы умрём, но все изменимся… 1Кор. 15:51 Пролог Юпитер сегодня гудел, как сломанная микроволновка в столовке на второй взлётке. Уровень радиации, конечно, был в тысячу миллионов раз выше. Я прям чувствовал, как яростно электроны и протоны колотят в броню «пчелы». Над правым бортом, от носового ракетного пилона и до кормового двигателя, по ячеистому титану то и дело пробегали разноцветные эльмики. Краем глаза я видел, что индикатор остаётся в зелёной зоне. И всё-таки сегодня патруль хотелось завершить побыстрее. — Боря, сколько набираем к концу зоны? — спросил я. Говорить с альтером вслух — это дурной тон и по-дитячьи, знаю. Но на патрулировании все пилоты общаются с альтерами голосом. И пусть голос пишется, а в любой момент скучающий диспетчер может включить прямую прослушку. Когда ты летишь над Юпитером, зажатый в пятидесяти тоннах металла и плазмы, лавируя в магнитосфере и пытаясь не поймать смертельную дозу ра

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но временами Боря будто приходил в себя и становился прежним, собранным и внимательным.

— У тебя есть план? — спросил он в какой-то момент.

— Убегать, — честно ответил я. — Вроде спящими он не управляет…

— Безыдейно, — замотал головой Боря. — Ты представляешь, сколько тут тушек? Тысячи!

— А что тогда?

— Позови Элю!

— Не выходит, — признался я. — Пробовал.

— Тогда улетаем, — предложил он. — Заберемся в «осу».

Я задумался. Это был хоть какой-то план.

— Пошли.

Мы поднялись к взлёткам, не встретив никого, кроме спящих умников и морпехов. Даже болваны стояли, будто погружённые в сон.

Как же легко оказалось вырубить всю базу, едва мы дали падшим основания. Неужели это всё из-за атаки на вонючек? Какие-то правила войны ангелов и демонов, которые нам не удосужились объяснить?

И я даже догадываюсь, почему.

Одно объяснение потащило бы за собой другое.

В конце концов пришлось бы всё объяснять. Но ангелам было слишком нас жалко. Всё-таки мы — их подопечные.

…Ах, как было бы всё просто и замечательно, будь Бог таким, как в священных книгах. Будь мы его единственным образом и подобием. Будь ангелы такими, как в рассуждениях богословов.

Но Вселенная слишком велика, чтобы Высшее существо, Абсолют, Творец отдал всю свою любовь и внимание примитивным белковым созданиям на комке камня и грязи, вращающемся вокруг заштатной звезды на окраине заштатной галактики…

Мы вышли к второй взлётке.

По пути мне пришлось всё-таки завести Борю в туалет, впрочем, мне и самому это не помешало. Я чуть-чуть успокоился… ну, насколько это возможно. Когда мы были маленькими, настоящими детьми, мы любили играть в прятки. Вначале на лунной базе, потом на марсианской. Потом здесь, на Каллисто.

Даже истоку зла не так-то легко будет меня переиграть.

Я выглянул на взлётку. Там стояли только четыре дежурные «пчелы», но это не беда. Я смогу поднять из ангара «осу». Ну а в крайнем случае — улетим вдвоём на «пчеле». С Элей и то получилось, а уж с собственным маленьким клоном…

— Быстро, но тихонько! — сказал я Боре. Взял его за руку. И мы побежали к пультам. Там нас и ждал исток.

Вначале я увидел какое-то колыхание в воздухе, у самых пультов. Будто горячий воздух поднимался вверх, так бывает над вентиляционными шахтами, но в этом месте нет шахт, тут слишком часто ходят люди. Я остановился и заставил остановиться Борю. Он скорчил недовольную гримасу, будто собираясь разреветься, но тут же собрался.

Я стоял и смотрел на шевелящуюся пустоту.

И та стала обретать форму.

На ангела, даже падшего, исток зла ничуть не походил. Не было в нём ничего ангельского, совсем, а вот человеческого — в избытке. У истока зла было не меньше десятка ног, растущих из слипшихся воедино торсов. В разные стороны торчали головы и руки — и это были слишком знакомые мне головы.