— А почему вы решили, что я смогу расплатиться? — задал я интересующий меня вопрос. — Ведь цена немаленькая. — Молодой человек, — по-доброму усмехнувшись, начал объяснять, насколько я понимаю, владелец магазина, — я уже достаточно прожил на свете и могу с уверенностью сказать, что хотя ты и полукровка, но аристократом от тебя веет на пару миль. Очень интересно. Айвинэль тоже как-то упомянула, что я веду себя, как аристократ. Я все время стараюсь не выделяться среди простых людей, но что-то не получается. Решил спросить про это оружие, чтобы убедить его в обратном — ведь все дворяне просто обязаны знать особенности любого оружия, даже если владеют им весьма посредственно. — Будьте любезны, объясните мне работу этого оружия. — Так ты еще принадлежишь к какому-то древнему консервативному роду? Неожиданно, — и он показал головой. Сейчас-то что я не так сказал? Какие еще древние консервативные рода? В общем, мысленно махнул рукой на свою оплошность, приготовившись слушать человека, который начал объяснение. — В отличие от магических посохов, этим оружием могут владеть и неодаренные. Великолепное решение! — искренне восхитился он. — Здесь внутри рукояти накопитель и сложнейшая вязь заклинаний, предназначенные только для одного: после нажатия вот этого курка происходит замыкание контура заклинания и так называемый магический выстрел. На данный момент существуют три вида: молния, огненная стрела, ледяной шип. Более дешевые модели могут стрелять только одним видом, а, например, вот эта, — он показал на магострел стоимостью сто золотых, — рабочий контур является съемным. Вот видите, в комплекте идут все три вида. Я согласен с ним: великолепное оружие. В моем мире до такого не додумались — наверное, потому, что практически все обладают магическим потенциалом. А может быть, по какой-то другой причине. Будь у меня лишние сто золотых, я бы купил себе. Но, как сказал Владимир Иванович, стоимость жемчужины лишь немного перекрывает стоимость обучения, всего на сто двадцать пять золотых. — Вообще-то я пришел за одеждой. Мужской. — Мужской? — удивленно переспросил он, но тут же спохватился: — Ах да, вы же, русские, неодобрительно относитесь к новой моде. Раз ты будущий маг, то могу предложить тебе одеяние боевого мага. Он вышел в скрытую дверь, которую я заметил только тогда, когда та открылась, и принес сверток. Когда я его развернул, то даже не удержался от вскрика, настолько одежда мне понравилась. Рубаха, штаны и куртка. Я оделся и сразу проверил их удобство, совершив несколько движений руками, как будто в них находятся мои боевые серпы. И увидел задумчивое выражение лица хозяина магазина. Спросил цену, и тот, встряхнув головой, ответил, махнув рукой: — Бери за три золотых.

Об этой истории
Раэша вытащили из гибели те, кого в его мире уже не было, — дель’фий’ин. Они дали ему жизнь, а вместе с ней и просьбу от ещё одного разумного вида, без помощи которого не обошлось. Но инициация пошла не по родному образцу и почти сразу обернулась смертью. Почти. Ученик Ростислав Корсуньский Раэша вытащили из гибели те, кого в его мире уже не было, — дель’фий’ин. Они дали ему жизнь, а вместе с ней и просьбу от ещё одного разумного вида, без помощи которого не обошлось. Но инициация пошла не по родному образцу и почти сразу обернулась смертью. Почти. ==================== Глава 1 Глава 1 Южная Америка, территория Союза Племен. Пока ловили беглых рабов, Верховный жрец Бога Супбйче размышлял о словах его помощника, которые тот принес из Джунглей: «Ты служишь хозяину. Найди ключ». Хоть и не было известно, кто сообщил Точихану об этом, но он чувствовал, что тот тоже служит его господину. И снова этот треклятый ключ. Он вспомнил, как еще много-много лет назад, когда он впервые активировал медальон, пришедшее на этот зов высшее существо оставило после себя четкое понимание: «Я дам тебе силу, а ты найди ключ». А получилось это случайно. Все произошло, когда молодому индейцу Бранчоху едва исполнилось восемнадцать лет, и он страстно желал стать лучшим охотником. С самого детства шел к этой заветной цели, много тренируясь и надоедая своими вопросами охотникам. Родителей он не помнил, так как те погибли во время очередной войны, когда ему было всего два года. А с пяти лет он заявил деду, ч





