ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Смерть обернулась подарком судьбы — я не потерял воспоминания о том, что было раньше. Правда, в этом мире, где правят меч и волшебство, я появился на свет простолюдином, а не исключительным отпрыском знатной фамилии. Но и на том спасибо. Зеленый путь Тимофей Иванов Смерть обернулась подарком судьбы — я не потерял воспоминания о том, что было раньше. Правда, в этом мире, где правят меч и волшебство, я появился на свет простолюдином, а не исключительным отпрыском знатной фамилии. Но и на том спасибо. ==================== Пролог Пролог Говорят, утро вечера дряннее, особенно на одной шестой части суши. В целом оно обычно так и есть: всё-таки тащиться на работу ни свет ни заря куда неприятнее, чем возвращаться домой с неё. Но сегодня погода как-то совсем подкачала. С утра были ещё вполне комфортные минус десять градусов, когда я бросил взгляд на термометр за окном, вливая в себя чёрный, как грех, кофе. Но с каждым разом, выходя курить на свежий воздух, кожей чувствовал, что дубак становится всё суровее, несмотря на яркое солнце в голубом небе. Впрочем, висело оно там ожидаемо недолго. У нас в Питере летом ночи белые — и это прекрасно, но вот зимой за эту радость приходится расплачиваться сполна. Идёшь на работу или учёбу — ещё темно, возвращаешься с неё — уже темно. А теперь ещё и холодно, как на Северном полюсе. Нет, понятное дело, что сейчас «всего лишь» минус двадцать один по Цельсию, если мне не врёт приборная панель моей не очень новой, но всё ещё вполне надёжной Судзуки, а у

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Естественно, мужику не хотелось тратить время и силы на то, чтобы рассказывать кому-то азы своего искусства, то есть вещи, всем образованным друидам давно понятные. В общем, пришлось давить и стоять на своём. А потом огребать в спаррингах. Хотел учёбу? Получил учёбу, причём самую сермяжную практику.

Но со временем всё устаканилось, а меня начали потихоньку пытать о знаниях Земли. Конечно, когда началась новая дорога, старая должна закончиться, но больше это относится именно к эмоциональным привязанностям. Информация же остаётся просто информацией. Правда, главную подвижку я видел в том, что до памятной пьянки Корнегур пребывал в убеждении, что раз у нас нет магии, то и взять с необразованных землян нечего. Теперь же, получив краткий курс физики и химии в моём исполнении, стал смотреть на вещи шире. А ещё показал мне, какой я лох. Наставник, во-первых, учился с огромной скоростью, казалось, имея абсолютную память, а во-вторых, сказал мне много ласковых за пробелы в знаниях. То, что я грыз гранит науки десятилетия назад и больше времени уделял спорту, многое сдавая на тройки, уважительными причинами для невежества не считалось. И кое-кто за оное невежество несколько раз огребал заклинаниями в тренировочных схватках особенно сильно. Ну да ничего, крепче буду и легче потом с Соколиным Глазом справлюсь. А натянуть ему око на седалище хотелось — не нравится он мне. И по башке опять получать не хочется.

Путь до замка прошёл спокойно, а Щербатый встретил меня на своём привычном месте, то есть в замковом дворе, где по мере сил гонял молодых бойцов. Я улыбнулся, услышав:

— Быстрее, демоновы черепахи! Правое плечо вперёд! Поворачивай строй!

Пятеро вчерашних крестьянских парней, а теперь гордые обладатели звания воинов, начали разворачиваться для отражения фланговой атаки, обливаясь потом. Их тут, по всей видимости, дрючили с самого рассвета, пытаясь привить командные действия. Конечно, местные вояки больше воевали на лошадях: на них и патрулировать окрестности сподручнее, и в драке четвероногое животное даёт ряд очень полезных преимуществ, но хватает случаев, когда сражаться приходится на своих двоих. Наш зимний рейд — яркое тому подтверждение, там мы верхом только передвигались с места на место. Улыбаясь, я крикнул:

— Здорово, Хамфри. Уже разогрелся?

— Опять ты, мелкий, — хохотнул он. — В печь тебя колдун ещё не засунул?

— Ждёт, когда подрасту и отъемся, — развёл я руками, снимая поклажу и пояс с ценным содержимым.

Сказки о Гензеле и Гретель тут не было, но вполне существовал её аналог, так что шутка про запечённого в собственном соку ученика уже стала у нас традиционной. А вот разбить фиалы со снадобьями было бы ни разу не смешно.