ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Смерть обернулась подарком судьбы — я не потерял воспоминания о том, что было раньше. Правда, в этом мире, где правят меч и волшебство, я появился на свет простолюдином, а не исключительным отпрыском знатной фамилии. Но и на том спасибо. Зеленый путь Тимофей Иванов Смерть обернулась подарком судьбы — я не потерял воспоминания о том, что было раньше. Правда, в этом мире, где правят меч и волшебство, я появился на свет простолюдином, а не исключительным отпрыском знатной фамилии. Но и на том спасибо. ==================== Пролог Пролог Говорят, утро вечера дряннее, особенно на одной шестой части суши. В целом оно обычно так и есть: всё-таки тащиться на работу ни свет ни заря куда неприятнее, чем возвращаться домой с неё. Но сегодня погода как-то совсем подкачала. С утра были ещё вполне комфортные минус десять градусов, когда я бросил взгляд на термометр за окном, вливая в себя чёрный, как грех, кофе. Но с каждым разом, выходя курить на свежий воздух, кожей чувствовал, что дубак становится всё суровее, несмотря на яркое солнце в голубом небе. Впрочем, висело оно там ожидаемо недолго. У нас в Питере летом ночи белые — и это прекрасно, но вот зимой за эту радость приходится расплачиваться сполна. Идёшь на работу или учёбу — ещё темно, возвращаешься с неё — уже темно. А теперь ещё и холодно, как на Северном полюсе. Нет, понятное дело, что сейчас «всего лишь» минус двадцать один по Цельсию, если мне не врёт приборная панель моей не очень новой, но всё ещё вполне надёжной Судзуки, а у

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Однако сдаваться — это не про меня! Уж что я уяснил за свою жизнь, так это то, что дорогу осилит идущий, а упорство вознаграждается. Иногда, конечно, ударом сапога по морде, но это уже детали. Тем более я был заранее согласен на подобное, ведь если ты получаешь по лицу, следовательно, у тебя оно есть. Причём тут никакого древнегреческого софизма, как с теми рогами, которые у тебя присутствуют, если ты их, конечно, не терял. И вообще у меня не рога, у меня есть кот!

Вспомнив о нём, я резко начал оглядываться по сторонам, пытаясь разглядеть в течении реки из мириады переходящих друг в друга сгустков света что-то знакомое, как бы глупо это ни звучало. Какие-то из них были чуть ярче, какие-то чуть тусклее, но однако ни об одном нельзя было сказать, что он чем-то прям сильно отличен от остальных, не говоря уже о том, является ли погибшая у меня на руках животинка каким-то из них. Зараза, ну вот на кой хрен какие-то грёбаные террористы решили поселиться прямо подо мной, а потом бабахнуть от души напоследок⁈

— Кот! — заорал я, даром что у меня не было рта.

Однако сама возможность издать зов меня воодушевила, показывая, что я могу хоть что-то, кроме того как плыть по течению. Так что я снова огляделся, не заметив изменений в иных составляющих золотистой реки, и опять заорал:

— Кот!!

В этот раз, кажется, получилось даже громче. Всё-таки ушей у меня нет, да и сомневаюсь, что здесь, чем бы это «здесь» ни являлось, существуют обычные звуки. Однако в любом случае никакого эффекта снова не было. Ну и насрать. Если я могу тут что-то делать, кроме как покорно следовать течению судьбы, то буду делать! Так что я собрался с силами, опять издав зов во всю мощь несуществующих лёгких:

— Кот!!!

И на этот раз на него вроде бы ответили. Мне показалось, что пустота вокруг золотистого русла будто сгустилась и на неуловимо ничтожное мгновенье обрела очертание кошачьей морды с проницательными глазами. Они словно взвесили и измерили меня. А ещё через ничтожно малую толику времени меня вырвало из реки в пустоту. Не успел я испугаться, как она сменилась светом тысяч галактик, что проносились перед моим взором. Моя душа влетела в одну из них, мимо, как пули, промелькнули бесчисленные звёзды, а затем я будто врезался в планету с незнакомыми очертаниями материков.

Не успел мой разум осмыслить увиденное, как я вдруг осознал, что лишился зрения и не могу дышать. Начав дёргаться в панике, каким-то чудом я сумел сделать первый вдох, перед этим едва не выблевав лёгкие вместе с какой-то мокротой. А затем заорал, услышав через свой крик два непонятных голоса.

Твёрдый мужской:

— Ум, д’ош ёль.

И заплаканный женский:

— Кав к’и дум? Тир, кав к’и дум!

----------

Глава 1

Глава 1

Я дотащил вязанку сучьев до дровяника и устало сбросил её у стенки, утерев трудовой пот.