Их путь вскоре пройдет сквозь разрушенный собор на востоке. Отправь туда семерых воинов, и еще троим прикажи взобраться наверх с невидимой стороны. Пусть используют тросы и джамперы.
— Понял, — ответил капитан второго полка.
Пятнадцать артэмийцев пробирались сквозь мрачные руины, как разбойники под покровом темноты, рыская своими илганами. Отряд выломал старинные деревянные двери и ворвался внутрь, прикрывая друг друга. Под их ногами хрустели обломки дерева, камня и штукатурки, лучи света проникали сквозь дыру в куполообразном потолке, падая на горку из обвалившейся стены, а тонкий слой пыли повис серой дымкой, танцуя в полосах искусственного солнца. Красные колонны с белыми прожилками удерживали ободок потолка, располагаясь почти у самого перехода в купол.
— Будьте аккуратны, Хакар искусный стратег и наверняка его воины попытаются перехватить нас, — сообщил командир отряда по внутренней связи.
— Если мы знаем, что он знает о нас, зачем мы отправились сюда? — поинтересовался один из воинов, разглядывая через прицел проход за углом.
— Волкан приказал любыми способами продвигаться как можно дальше, чтобы открывать все больше и больше точек соприкосновений и заставлять Августария почаще думать.
— Надо же, кажется, у Карадага и вправду есть какой-то план, — третий легионер посмотрел на сияющую дыру, изумившись потолочной росписью. Святые лики давно забытой религии с печалью взирали на воинов под собой, будто желая крикнуть о том, чтобы о них наконец-то вспомнили, чтобы не бросали их в этом ужасном месте, но артэмийцам было плевать. После объединения в единый кулак, бывшие люди осознали, что разные вероисповедания будут продолжать вбивать клин между ними, поэтому было принято оставить старые догмы и устои на Земле. Отныне артэмийцы верили лишь в сильные личности, способные вести за собой, в стремление быть лучшими всегда и везде, ибо правда о жестокой участи каждой души открылась им. Какой смысл стоять на коленях перед неизбежностью, если можно воспарить так высоко, что даже смерти будет не под силу забрать тебя? Артэмийцы преклонялись лишь перед гениями, способными вершить историю целых миров и даже вселенной, и их отец-основатель был одним из таких. В нем они видели пример для подражания, бессмертного бога, сияющего ярче любой звезды.
В соседнем помещении раздался неуклюжий звук катящегося по полу камня, и командир отряда молниеносно отпрыгнул за сложенные в кучу деревянные скамьи с криком, «Контакт!». В дверном проеме показались четверо противников, обрушив из илганов беспощадный пулеметный град. Большая часть легионеров успела укрыться, однако троим из них, не повезло.






